— Как ваши успехи, Том? — спросил Слизнорт, зевая и поглядывая на часы, прикрепленные золотой цепочкой к брюкам.
— Не сказать, что есть видимый прогресс, — смущенно протянул Том, — но я нашел того, кто может оказаться полезным.
— То есть в вашем списке дел нет ни одной галочки, — подвел итог декан.
— К сожалению. Но я…
— Вы можете либо оправдаться отсутствием вдохновения, как любой недисциплинированный человек, либо начать действовать. Не вижу причин сидеть в засаде.
…Но я не успеваю спать.
— Вы сказали, что мне нужны знакомства. Пока что я думаю как мне разом заполучить как можно больше друзей, — Том решил поделиться своими соображениями.
— А зачем вам больше? — непонимающе уставился Слизнорт, — в Слизерине много толковых людей, но вам же еще нужны и те, кто не будет висеть у вас на шее, а будет сам предлагать решения. Скажите, я заметил, что сегодняшнее ваше предложение вы не стали скрывать, как в прошлый раз. Это часть плана?
— Мне бы хотелось, чтобы все знали, что на случай, если их чем-то не устроит Эрни, то есть я.
— Слизерин явно ваш дом. Шляпа не ошиблась, кто бы не говорил о глупости системы распределения, она редко ошибается.
Комплимент добавил Тому энтузиазма. Этот день был тяжелым, полным острых моментов, но сейчас все испарилось. В теле поселилась давно забытая легкость.
— Я могу раскрыть детали, — сказал Том, прислушиваясь к посторонним звукам, пробивающимся сквозь потолок.
— О нет, оставьте подробности при себе, — запротестовал Слизнорт, — оставаться в неведении мне интересно.
Том вернулся в спальню, наполненный чувством окрыленности. Не столько от похвалы, сколько из-за предчувствия нарастающей интриги. Ему не сразу стало ясно, что Слизнорт тонул в преподавательской скуке — и Том, и навязчивая идея найти способ спастись от маггловского влияния были своего рода аттракционом и наполняли его жизнь смыслом.
На следующее утро он проснулся на рассвете. Соседи еще мирно спали. Том всегда вставал самым первым: выгладить рубашку, пригладить вихры, собрать сумку, повторить уроки и ни в коем случае не опоздать на первое занятие. Такова цена репутации.
Но только этим утром Том окончательно понял, что за этими действиямм кроются его попытки компенсировать смутное происхождение.
И именно эта цель подняла его с кровати намного раньше обычного. Сложив в сумку тяжелые учебники, свитки, острые перья и трубу, Том повесил ее на плечо и на носочках вышел из факультетной гостиной, которая тоже спала вместе со своими обитателями.
Конечно же в такую рань библиотека была безлюдна. Она и в полдень-то пустует, чего можно было ожидать ранним утром? Книжные ряды, стоявшие в простенках между огромными окнами, пестрели разноцветными корочками. На мятом кресле спала сидя мадам Пинс, по слухам ей было больше сотни лет и будто бы она никогда не покидала читального зала. Том спокойно проскочил мимо нее и задумчиво провел рукой по корешкам книг.
Фамильное древо Гринграсс. Все, кто насолил роду Малфоев. Изгнанные чистокровные. Забытые великие фамилии. Краткая сводка из газеты Пророк за 1925-1928 гг.
Том взял их все, хотя он точно знал, что в первых двух не найдет нужной информации. Но уж больно ему было интересно порыться в чужих семейных тайнах. Пусть и весьма условных, ведь настоящие тайны в книгах не раскрывают.
Он сел за стол у окна, зажег лампу с зеленым абажуром, пусть нужды в ней не было, и жадно впился взглядом в желтоватые веткие страницы, исписанные черными чернилами. Уже давно он во всех доступных источниках искал фамилию Реддл, но не нашел ее даже в задрипанном некрологе забытого журнала. Теперь Том понял, что все время искал нити своего рода неправильно.
Марволо. Нужно двигаться от этого имени. В мире магглов мужчин по имени Марволо едва ли было можно встретить. В телефонном измятом справочнике директрисы приюта Том никогда не видел его, что подталкивало к выводу, что имя Марволо относится к волшебному миру, а это сильно упрощает задачу. На миллионы магглов приходится десять волшебников. В Хогвартсе многие чистокровные и полукровки носят имена своих родственников, и среди них тоже нет ни одного Марволо. Теперь Том был уверен, что благодаря редкости имени, найти родственников будет существенно легче и шанс ошибиться мал.
Профессор Слизнорт был прав. Чтобы чего-то достичь, не нужно ждать таинственного наваждения или озарения, нужно лишь взять свои действия под контроль.
Звонкий гонг призвал всех на завтрак, но Тома это ничуть не испугало. На его лице застыла сосредоточенность. Указательный палец ткнул в одну из строчек.
Марволо Мракс приговорен к шести месяцам Азкабана за причинение вреда сотруднику обеспечения магического правопорядка Бобу Огдену.
========== Урок 5. ==========
Комментарий к Урок 5.
Автор - слепой. А это значит, что вместо кнопочки черновик он иногда тыкает в опубликовать.
Если вы откроете главу и увидите, что она очень маленькая - закройте этот ужас и забудьте
приходят люди в черном
Неуверенность губит людей. Великие писатели, художники и ученые умирали в нищете и среди чужих из-за нее. Неужели вы выбрали это?
После занятий третий курс факультета Слизерина собрался в читальном зале, залитом солнечным светом. Все расселись за длинными дубовыми столами в ожидании Эрни, который задерживался у декана. Пролистывая книги и периодически кидая взгляды на часы и престарелую пугливую библиотекаршу, студенты томились в нетерпении и легком раздражении из-за косых взглядов, и, что самое удивительное, этими взглядами их награждали не только гриффиндорцы или когтевранцы, но и ребята с их же факультета. Не то чтобы это было странно, такая реакция вполне ожидаемая, когда Слизнорт уделяет им гораздо больше внимания, чем остальным, но все равно им было немного не по себе.
Всему Хогвартсу стало понятно, что слегка чудаковатый декан Слизерина делает на них особую ставку, и это не могло не отразиться на поведении. Третий курс вдруг стал на путь к привилегированному положению. Конечно, не благодаря лишь удаче, а ценой кропотливого труда. Слизнорт и видеть не хотел отметки ниже выше ожидаемого, а если кто-то их и получал, то несчастного ждала самая продуктивная суббота в его жизни. В гостиной не осталось пустых полок — Слизнорт заставил их древними томами по продвинутой магии с условием, что прочесть хотя бы десять за полугодие должны все. Именно эта библиотека обеспечивала досугом отстающих в их особую субботу.
Такое различие заметно встряхнуло не только весь факультет, но и весь замок. Появилось соперничество. Оно и раньше существовало под видом ежегодного соревнования за баллы, но теперь стало несколько иным. Появился азарт, а он повлек за собой работу над стратегиями и невольное понимание, что есть победители и проигравшие, и позиция первых до безумия притягательна.
Гриффиндор отбросил проказы в сторону и не на шутку занялся учебой. По вчерам стало тихо — все сидели за уроками и не пренебрегали дополнительными занятиями. Пуффендуй стал активнее проявлять себя, Когтевран не отставал. Слизерин, годами сидевший в неком затишье, пусть и не теряя своего статуса, внезапно стал серьезным конкурентом.
Однако промелькнуло различие. На других факультетах никого не выделяли. На Слизерине же, декан, действуя по своим особым соображениям, не скрывал, что, будучи истинным слизеринцем, он хоть и ратует за всех своих подопечных, но преимущественно его интересуют личности, которые готовы разделить степень его… К этому еще не придумали названия. Просто обозначили, что Слизнорт человек одаренный, широких и нестандартных взглядов, и нужны ему люди такие же. На будущее.