Чейн попыталась взлететь немного выше, но подняться так высоко прежде, чем инерция устроит ей лобовое столкновение с каменной кладкой дворца, она не могла. Потому беловолосая решилась на трюк. Протянув руку к поясу, Чейн резко выбросила её в сторону башни, целясь в перила балкона. Потеряв немного в аэродинамике, она начала падать, но длинная цепь с острым наконечником удержала её от падения. Подняв глаза вверх, Чейн увидела, как наконечник, пронзив каменную кладку под перилами, застрял в них. Она ухватилась за цепь и дёрнулась. Набранная в полёте энергия потащила её вверх, и уже скоро она поравнялась со входом в башню и даже перелетела его. Ослабив натяжение цепи, Чейн выдернула её из стены, несколькими движениями смотала её и, создав под своими ногами небольшой но резкий порыв ветра, осторожно приземлилась на балкон. Осмотрев себя, она убедилась в том, что зелье ещё действует, и её опасные манипуляции никак не повредили невидимости, а значит, можно двигаться дальше. Слетевший в процессе капюшон она надевать на голову не стала. Сейчас он только помешал бы обзору, и больше толку от него не было. Мало смысла в том, чтобы скрывать лицо, когда тебя не видно в целом.
Внутри башня в самом деле представляла из себя жилое помещение, но лишь частично. Другой её частью была область, больше похожая на кабинет. Причём, судя по обстановке, помещением время от времени пользовались. Чейн даже не задумывалась о том, находится ли местный житель здесь, ей не было до этого дела. Она пересекла комнату, умело скрывая любые издаваемые ей звуки, быстро спустилась с башни по лестнице. Цепь по дороге она вновь смотала на своём поясе. Тяжёлая деревянная дверь медленно отворилась, не издав ни звука. Чейн не стала выглядывать, а сперва пустила поток воздуха по коридорам, изучая местность. Воздух плавно обволакивал стены, висящие на них гобелены и факелы, погашенные в такое время суток. Наличие в коридоре факелов ещё раз сигнализировало о том, что башню и прилегающие к ней коридоры используют, в отличие от многих других помещений бывшего дворца. Коридор оказался пустым. Через какое-то время посланный ей вперёд поток воздуха слишком ослаб, чтобы по нему можно было что-то определить. Она осторожно закрыла за собой дверь и двинулась по коридорам, шагом, не стараясь затаиться. Звуки её шагов тонули в воздушных потоках, не имея ни шанса добраться до чьих-либо ушей, нотки её запаха не отдалялись дальше пяди от её собственного тела. Даже если бы рядом с ней прямо сейчас прошёл бы человек, он ни за что не ощутил бы её присутствия, только если бы столкнулся с ней лбами. С этого самого момента, дабы не выдать себя, она больше не творила никаких заклинаний.
В главном зале бывшего дворца, который когда-то был тронным залом, а теперь ставший Залом Советов, располагался круглый стол. За ним, на равном удалении друг от друга, были расставлены восемь стульев, семь из которых уже были заняты. Советником по экономическим делам, министром финансов, Чарльзом Вольтом, Советником по вопросам обороны, министром обороны, Андреем Тропом, Советницей по делам культуры, министром культуры, Анной Фольц, Советником по научным вопросам, министром науки, Альфредом Уилсоном, Советницей по вопросам образования, министром образования, Лаурой Тилли, Советником по делам зарубежья, министром иностранных дел, Харлеем Алария и Советником по делам государства, министром внутренних дел, Генрихом Аберштейном.
- Как поговаривают в народе, - томно вздохнула Лаура Тилли, стройная женщина в длинном платье с вырезом на бедре, - Семеро одного не ждут. Мне кажется, мы можем начинать.
- К моему великому сожалению, тема, стоящая на повестке дня, не может подниматься для обсуждения без присутствия Карла, - Анна Фольц нервно постукивала ноготками по поверхности стола.
- Может послать за ним? - Андрей Троп повернулся к массивным двойным дверям, открывая рот, чтобы окликнуть стоящую за ними стражу.
- Не спеши, Андрей, - спокойно проговорил сидящий справа от него Генрих Аберштейн, - Пока старика с нами нет, мы могли бы обсудить некоторые вопросы церкви, не требующие его вмешательства.
- К примеру, упразднение Инквизиции, не так ли? - Лаура Тилли, прежде казавшаяся безучастной, только теперь включилась в разговор, - Мне казалось, большинство собирается проголосовать за эту идею.