При каждом взлёте шейкера или обороте вокруг её тела зрители хлопали и свистели, восхищённая толпа с жадностью глотала мокрые капли воды, летящие в разные стороны с крутящегося шейкера, который девушке приходилось часто и бегло споласкивать. Как только из шейкера тонкой струйкой выливалось его содержимое в бокал очередного зеваки, на стол сразу же валились купюры и монеты жадных до зрелища посетителей, желающих ещё поглазеть на таланты девушки. Она даже одевалась для этого по форме, как бармен элитного заведения, нацепляла галстук, который, правда, был приспущен из-за жары, несколько верхних пуговиц рубашки были расстёгнуты, дабы привлечь ещё больше взглядов и наличных.
Даже Элизабет засматривалась в сторону бара, стоя с подносами посреди зала, однако её всякий раз недовольно окликали, напоминая о том, что еда у неё на подносе не подогревается. Лиз тут же спешила доставить до всех их заказы, а после мчалась с подносом к окошку, выходящему с кухни в зал, чтобы забрать оттуда новые тарелки. В этом окне она частенько пересекалась взглядами с Мерриком. Чаще всего, конечно, он был занят готовкой, и, если бы не Чейн за барной стойкой, на него тоже можно было бы посмотреть. Юноша привык к готовке не в самых лучших условиях, а в последние годы ещё и к качающейся на волнах кухне, однако сейчас, твёрдо стоя на полу и имея на руках все блага порядочного заведения, он развернулся по-настоящему. Меррик любил вкусно поесть, поэтому ему приходилось вкусно готовить. Сейчас этот навык был ему полезен, как никогда. Облачённый в уже изрядно запачканный фартук и колпак, Меррик ловко кромсал ножом овощи и мясо, сгребая это всё на разные тарелки, в разные кастрюли и на разные сковородки. В кухне была большая дровяная плита из восьми конфорок, как раз на случай большого наплыва посетителей. Плита располагалась посередине, а вокруг – вдоль стен – инструменты, посуда, раковина, пространство для нарезания и окошко выдачи. Два поварёнка скакали от одной позиции к другой друг за другом, у каждого было достаточно места, чтобы не толкаться и не задевать друг друга. В зале играла громкая музыка, под которую София время от времени ритмично покачивала бёдрами. Меррик иногда замечал это и даже засматривался, но лишь ненадолго, понимая, что заказов всё ещё слишком много, чтобы прерываться. Однако, он думал, что София, скорее всего, чертовски одиноко чувствовала себя на этой кухне изо дня в день, лишённая возможности с кем-то поговорить. Меррик, конечно, такой возможности ей дать не мог, но его компания, наличие в кухне кого-то, помимо неё самой, кажется, поднимала ей настроение.
- Кухня, отлично работаете сегодня! – крикнул кто-то из зала, поднимая высоко бокал с выпивкой. Меррик, не поворачиваясь в зал, поднял в ответ руку с выставленным большим пальцем.
Лиз тоже заняла своё место в сердце посетителей. Ей выдали длинную юбку в пол, но Элизабет тут же сменила её на юбку покороче и посвободнее. Ей выдали фартучек на пояс и рубашку, на которой девушка тут же закатала рукава и подвязала узелок под грудью, оголив живот. Сейчас, пока она носилась по залу, её сопровождали восхищённые взгляды и возгласы, с которых она, пускай и бесилась, но драку не затевала под угрозой оказаться вышвырнутой за порог этого прекрасного заведения. Лиз, стараясь не смотреть на гостей, лестно высказывавшихся в её сторону, стискивала зубы и просто молча уходила, занимая себя следующим заказом. Что примечательно, её помнили некоторые из пришедших сегодня и нахваливали её за вчерашнее выступление, однако никто не спрашивал её о парне, что приходил вместе с ней. Никто здесь не зал, что Лиз работает не одна, а ложь о том, что два новых работника лишь способ увеличить прибыль, все приняли за чистую монету. Меррика хоть и было видно из зала, нельзя было рассмотреть и узнать. Он был в колпаке, скрывающем его волосы, а также практически никогда не поворачивался лицом в зал. Лиз не боялась, что их обнаружат. Она вообще не видела ничего плохого в том, чтобы заявить о себе всему этому паршивому городу, но её брат говорил, что для этого пока рано, и она понимала, почему. Может быть не до конца, но понимала. Поэтому не хотела подводить его и выдавать себя.
В зале в какой-то момент не осталось свободных мест, как не осталось и тех, кто ещё не получил бы свой заказ. Лиз ворвалась на кухню с подносом и, положив его на столик в углу, уселась за ним, вытянув ноги.
- Мери, скоро там ужин? – протянула она, глядя на брата.
- Лиз, обед был час назад, - произнёс Меррик, закрывая кран, под которым он только что мыл посуду.
- Да ну тебя, - она с досадой откинула голову назад, слегка ударившись головой об кухонную плитку на стене.