- Заткнись, - Рене поднялась, опираясь на меч, и скинула с себя плащ вместе с щепками и пылью.
- Всё скалишься, лисёна? – Чейн метнула вперёд наконечник цепи, словно метательный нож. Вместе с броском цепь, подобно змее, обвивающей её тело, начала разматываться, пока в руке беловолосой не остался только её противоположный конец с небольшим запасом.
Меррик оказался в проходе именно в этот момент. Он выглядывал на улицу из-за дверного косяка, из которого торчали оставшиеся на месте петли. Меррик не успел понять, что происходит, но чувствовал, как в воздухе нарастает напряжение. Повстречав буквально за сутки столько невероятно одарённых людей, он вдруг задумался над тем, что такое магия и почему он так остро ощущает её. В моменты сильных выбросов энергии, Меррик чувствовал себя, как метеозависимый во время грозы. Раскалывалась голова, перед глазами всё плыло. С каждым днём он как будто всё сильнее уходил в это ощущение, чувствовал невероятную дрожь в теле, в ногах, в руках. Хотелось закрыть глаза, лечь и свернуться клубочком, но он смотрел, не в силах сдержать любопытство. Трюк с цепью ему нравился. Меррик понятия не имел, как тяжёлая металлическая цепь может с такой лёгкостью, будто живая, виться вокруг тела девушки, но он смотрел на это, как зачарованный. Он наблюдал за так внезапно начавшейся потасовкой, как за ураганом, стоя в метре от него, рискуя быть затянутым в самый центр.
Наконечник цепи Рене удалось отбить. Она перехватила меч другой рукой и извлекла его из ножен одним резким движением, снова высекая сноп искр, кажется, по всей длине клинка. Их было настолько много, что могло показаться, будто у неё в руке взорвался фейерверк. Раздался звон. Удар клинка об наконечник сопровождала яркая пламенная вспышка. Меррик на мгновение вздрогнул от тревожных и неприятных воспоминаний. Вслед за движением клинка в воздух взмыли языки пламени. Они, словно краска за кистью, следовали за самым остриём, которое стало выписывать в воздухе быстрые обороты. Пламя росло, развеваясь, как флаг на ветру.
- Старый новый фокус? – Чейн одним движением притянула к себе цепь одной, а затем и второй рукой. Ослабленная недавним ударом цепь вновь натянулась, как струна, и двинулась назад вслед за ловкими движениями рук.
С клинка сорвался серп. Это был резкий диагональный взмах. Техника проста, как пять копеек, но Меррик, видя её впервые, в удивлении раскрыл рот. Он понимал, как это работает, но не мог не изумиться. Изогнутый по форме взмаха серп яркого пламени обогрел даже тех, кто сидел в баре. Несколько предварительных взмахов сделали его толстым и длинным. Он выглядел, как остриё гигантского топора, способного разрубить пополам всё здание, в котором находился бар. Но он стал рассыпаться, стоило ему приблизиться к беловолосой. Взмах цепи прорезал пламенный серп пополам. Один раз, второй, третий. Чейн размахивала цепью всё быстрее, нарезая круги вокруг себя в разных плоскостях. Помимо жара Меррика обдало мощными порывами ветра. Сейчас ему и правда казалось, что вот-вот начнётся настоящий ураган. Форма серпа быстро нарушилась, он рассыпался на отдельные пламенные фрагменты, разбросанные по разным сторонам улицы. Рене цыкнула языком и сделала несколько шагов вперёд. Какое-то время огненные ошмётки ещё догорали на вымощенной камнем дороге и стенах домов, но вскоре перестали. Меррик пристально следил за этой странной магической партией, всё ещё ощущая плотное давление. Со всех сторон вокруг, как будто в центре, между девушками, была огромная энергетическая воронка, в которую сейчас засасывало его душу. В животе снова стало пусто, подкосились ноги, и Меррику пришлось схватиться за дверной косяк, чтобы не упасть. Это начинало надоедать. Рене приблизилась к беловолосой всего на несколько шагов прежде, чем ей пришлось отбивать очередной длинный выпад цепного копья.
Представление было встречено громкими аплодисментами и свистом со всех сторон. Зевак становилось слишком много. Виктор, стоя в первых рядах, выхватил из кобуры револьвер и выстрелил в воздух. Толпа притихла.
- Всем немедленно разойтись! – Он повернулся лицом к зевакам.
Толпа послушалась не сразу, однако в противоположном переулке появилась ещё пара констеблей, сбежавшихся на выстрел. Кто-то зашёл в бар, проходя мимо Меррика, кто-то вовсе ушёл с улицы. Вслед за теми двумя появились ещё двое. Они добежали бы до Виктора, если бы между ними снова не зазвенели стальные удары. Рене бегом прорывалась вперёд, ловко отражая град косых ударов цепи. Констебли остановились и сделали несколько шагов назад. Рене крутилась, делала широкие шаги и местами пролетала над брусчаткой. Её грудь прожигала насквозь пламенная ярость. Казалось, сама эта ярость может стать новой вспышкой пламени, с рёвом вырваться наружу и сжечь всё дотла. Расстояние между ними вскоре сократилось настолько, что Чейн вынуждена была сама встать в оборону и сражаться одним лишь наконечником цепи. При этом она двигалась ещё быстрее. Её повороты и изгибы порой невозможно было разглядеть, а цепь от многочисленных взмахов не успевала падать на землю, хотя была при этом полностью размотана. Чейн несколько раз обернулась вокруг себя, сматывая своё оружие на талии. Ей потребовалось какое-то время, чтобы набрать тот же темп, который набрала Рене, а затем и перегнать её.