Смущённые работники кухни лишь забавляли её. Очевидное влечение друг к другу, случайные взгляды, попытки наладить контакт, всё это смотрелось крайне топорно. Элизабет смешило осознание того, что оба они мучаются от новых для себя эмоций и понятия не имеют, что с ними делать. Меррик никогда не подходил к ней с любовными вопросами. Она порой подкалывала его, когда брат засматривался на девчонок или читал какой-нибудь сопливый роман, но реального интереса за ним не наблюдала никогда. Видимо, сейчас у него достаточно свободного времени, чтобы тратить его на всякие глупости.
- Девушка, - раздалось откуда-то из зала, и Лиз обернулась. Ожидая увидеть очередного пьяницу, который никак не мог осушить кувшин, она чертовски обрадовалась, увидев в конце зала того самого загорелого торговца чёрт-знает-чем, который вежливо общался с ней в прошлый раз. Один из немногих, кого было приятно видеть среди гостей.
- Опять вы? - Элизабет остановилась у его стола, - Неужели, к вам вернулось чувство вкуса?
- Хотелось бы, - мужчина заулыбался, и в этот раз немного шире, чем прежде, - А вы, я смотрю, решили не прислушиваться к моим словам, верно?
- София безобидна, - Лиз глянула в окошко, отделявшее кухню от зала, - И моему другу с ней вроде бы весело.
- Что ж, ему и правда весело, но это не значит, что она так безобидна, как вы считаете, - он откинулся на спинке стула, - Конечно, мне не следует с вами это обсуждать, кто знает, может, ещё с того дня вы тоже находитесь под влиянием её очарования.
- Хватит с вас, - внезапно прервала его девушка, - Речь ведь далеко не о простом очаровании. Мне случалось видеть эту женскую способность в действии, - разумеется, матросы частенько причаливали отдохнуть в портовых городах, пускай и значительно меньше этого, - Я видела, как с её помощью зарабатывают на хлеб, добиваются желаемого и даже убивают, - она наклонилась над столом, пристально глядя гостю в глаза, - Но мне неизвестны случаи, когда одно очарование становилось способно остановить драку разъярённой толпы.
- Вы правы, - он не отрывал от неё взгляда своих карих глаз, - И вы, должно быть, заметили, что к этой, без сомнения очаровательной, девочке в этом заведении относятся иначе. Думаете, человек, не имеющий возможности произнести и единого слова, заслужил бы подобное отношение? - мужчина помолчал, - Или же ей пришлось сказать такие слова, после которых всякий, кто находится здесь, стал бы безропотно слушать и уважать её?
- На что намекаешь? - Лиз старалась скрыть раздражение. Может, прошлый разговор и казался ей чем-то тёплым, но этот смахивает на паранойю.
- Ты знаешь, как давно она здесь? Может, тебе известны доподлинно грани её странной причуды? Сколько по-твоему её жертва способна исполнять приказ? Пару минут? Часов? А может лет? - незнакомец продолжал, - Кто сказал тебе, что старик на пару с той белоголовой не находятся под её контролем? А тот юноша? Быть может…
- Может, - прервала она, схватив мужчину за воротник, - А может ты просто нарываешься на мордобой, как и прочие проходимцы.
- О, не сомневаюсь, тебе ничего не стоит меня приложить. Возможно даже так сильно, что я забуду, что знаком с тобой, - он поднял руки в сдающемся жесте, давая понять, что не станет сопротивляться, - Но всё же попробуй. Спроси его. Он ведь твой друг, - на последнем слове мужчина почему-то сделала паузу, словно размышлял, какое слово ему стоит подобрать, - Тебе известен такой вопрос, на который он может дать лишь один ответ. Так спроси, - Лиз сжала его воротник сильнее, но мужчина не остановился, - Как и набить мне морду, простой вопрос ничего не стоит.
Она подумала с минуту, но затем лишь отпустила его ворот и ушла, не проронив ни слова. Ушла из зала, через кухню, минуя Софию и Меррика, куда-то подальше, в сторону склада. Ушла и осталась там. Она не считала, надолго ли. Не хотела знать. Лиз только пыталась понять, почему бред какого-то сумасшедшего всколыхнул в ней крупицы подозрения и недоверия, которые она давным давно разогнала. Почему вдруг теперь, глядя на Софию, она вновь считает её опасной, хотя прежде не раз убеждалась в обратном. Постояв немного в одиночестве, Лиз так и не смогла ответить себе на этот вопрос, а затем твёрдо решила, что всяких идиотов слушать нечего. В конце концов, земля полнится слухами, и верить каждому, кто что-либо говорит, просто смешно. Но она также посчитала, что этому загорелому незнакомцу следовало отдать должное. Он был хитёр, красноречив и, вероятно, коварен. И Лиз уже не могла узнать, говорил ли он с ней за так, чтобы потешить себя, или преследовал цель куда менее безобидную. Впрочем, стоило ей успокоиться, как его мотивы перестали её волновать. Пускай только попробует ещё раз с ней заговорить.