1. Деление доказательств (фактических данных) на личные и вещественные. Это деление основано на различии видов фактических данных, механизма их формирования и использования.
2. Деление доказательств по видам источников, в основу которого положено различие процессуальных способов собирания и за крепления доказательств, соответствующих специфике отдельных видов фактических данных. Эти источники исчерпывающе перечислены в законе —показания свидетеля, потерпевшего, подозреваемого, обвиняемого, заключение эксперта, вещественные доказательства, протоколы следственных и судебных действий, иные документы (ст. 16 Основ).
3. Деление вещественных доказательств на виды в зависимости от характера связи предмета с событием преступления (орудия преступления, объекты посягательства и т. д.).
4. Деление доказательств на первоначальные и производные. В основу этого деления положено наличие (или отсутствие) промежуточных источников доказательственной информации, влияющее на способы проверки и механизм оценки доказательств.
5. Деление доказательств на прямые (одноступенчатые) и косвенные (многоступенчатые). В основу деления положено различие структуры обоснования доказываемого обстоятельства. Прямые доказательства обосновывают ближайший тезис, косвенные —как ближайший, так и последующие.
6. Деление доказательств на обвинительные и оправдательные основано на различной формулировке тезиса доказывания. Доказательства, обосновывающие наличие события преступления, вину данного лица, обстоятельства, отягчающие ответственность, принято называть обвинительными, обосновывающие отсутствие события преступления, отсутствие вины данного лица, наличие обстоятельств, смягчающих ответственность либо исключающих производство по уголовному делу, а равно доказательства, опровергающие допустимость, относимость или достоверность обвинительных доказательств, — оправдательными.
Личные и вещественные фактические данные. Событие преступления отображается в сознании людей, участвовавших в нем или его наблюдавших, и в материальной обстановке —в виде различных изменений этой последней. Понятно, что механизмы этих отображений существенно различны. В первом случае речь идет о психическом отражении в сознании в виде образов и понятий, во втором —о физических, механических и т. д. изменениях вещей, их свойств и отношений. В обоих случаях отображения —как психические, так и материальные —несут определенную информацию о происшедшем событии Однако способы и условия формирования этой информации, ее хранения и переработки существенно различны. Различен и процессуальный режим личных доказательств, т. е. фактических данных, имеющих своим носителем людей, и вещественных доказательств, несущих на себе материальную информацию о со бытии. Личные доказательства представляют собой сообщения Под сообщением понимается передача информации, воспринятой и психически переработанной человеком. Понятно, что сообщения имеют свои специфические формы, посредством которых осуществляется обмен мыслями. Господствующей среди них следует считать естественную языковую форму —устную или письменную речь. Сообщения о вещи, помимо прочего, тем отличаются от самой вещи (равно как и любой ее копии), что они носят «знаковый» характер, словесную форму. Язык сообщения представляет систему условных знаков (код), а не систему свойств самой вещи. Описание вещи есть мысленное отражение вещи, а не сама вещь. Первую группу личных доказательств составляют показания обвиняемых, подозреваемых, свидетелей, потерпевших. Показания, т. е. сообщения названных носителей информации (обвиняемого, свидетеля и т. д.), в процессе доказывания могут фигурировать в двух формах —устной и письменной (в виде протоколов до проса). В силу прямого требования закона (ст.ст. 72–77, 150, 158, 161, 281, 286, 287 УПК РСФСР) на дознании, предварительном следствии, судебном разбирательстве показания подсудимых, свидетелей и потерпевших должны быть даны в устной форме, за исключением случаев, специально оговоренных законом. Протоколы допроса представляют форму фиксации показаний перечисленных лиц, предназначенную для хранения информации и передачи ее адресату доказывания. только в тех случаях, когда воспроизвести устные сообщения невозможно и не требуется по закону (например, в кассационном производстве). Вторую группу личных доказательств образуют протоколы таких следственных действий, как осмотр, освидетельствование, выемка, обыск, задержание, предъявление для опознания, следственный эксперимент, а также проверка показаний на месте (в тех союзных республиках, где это действие предусмотрено законом). Ближайший адресат доказывания (например, следователь) воспринимает обстановку места происшествия, равно как обстоятельства в ходе других названных действий, непосредственно (так же как и остальные участники). Результаты этого непосредственного восприятия отображаются и закрепляются в протоколе следственного действия. Источником доказательства являются протокол и приложения к нему, поскольку закон не требует обязательного проведения перечисленных действий судом, рассматривающим дело по существу, как он требует устного воспроизведения показаний обвиняемого, свидетеля, потерпевшего. Третью группу личных доказательств составляют иные документы (ст. 88 УПК РСФСР). Ни ближайший, ни последующие адресаты доказывания не воспринимают непосредственно обстоятельств (фактов), удостоверенных или изложенных в документах. Не требуется и обязательного устного воспроизведения носителем информации (т. е. составителем документа), тех сведений, которыми он располагает. Личным доказательством является и заключение эксперта. Информация исходит от эксперта в форме письменного заключения, а в случае производства экспертизы в суде заключение оглашается экспертом (ст. 288 УПК РСФСР). Сообщения, т. е. фактические данные, исходящие от лица, служат прежде всего основаниями для вывода о существовании или несуществованиия того факта, о котором сообщается. С логической стороны сообщение (показания, протокольная запись, документ и т. д.) представляет коммуникативный аргумент, доказывающий, что тот факт, о котором сообщается, существует или существовал в действительности. Поэтому личное доказательство всегда служит коммуникативным аргументом на первом этапе доказывания по схеме: «Если сообщается о событии А, то со бытие А было в действительности». Лишь после этого возможно построение последующих выводов, которые подробно рассматриваются ниже в связи с делением доказательств на прямые и косвенные.