А над инопланетным ледником полыхал марсианский рассвет: маленький жёлтый диск солнца выплывал на сиреневый небосклон, с цветовой гаммой от фиолетового на горизонте до палево-розового в зените.
Неземная красота!
После завтрака капитан объявил пассажирам:
— Несколько студентов остаются на Марсе на каникулы, и на освободившиеся места мы берем в обратный рейс группу матерей с маленькими детьми. Им всем нужна срочная помощь в лунных госпиталях. Они сейчас находятся на Фобосе и для плавной состыковки с шаттлом скорой помощи мы должны стартовать в 3.15. Опоздание старта вызовет нарастающую задержку перелёта к Луне. Поэтому сбор на корабль после экскурсии в Полярные пещеры назначаю с запасом — на два часа дня. Быстрый обед — и взлёт!
— Опаздывать категорически запрещаю! — прорычал капитан. — Рисковать здоровьем пассажиров с детьми я никому не позволю! В помощь профессору Нджаве я выделяю своего помощника, который присмотрит за вашим своевременным возвращением на корабль. Кто задержится — будет всю дорогу чистить корабельные гальюны!
Эта риторическая угроза показывала озабоченность капитана.
Школьники надели скафандры и дружно высыпались на ледник, толкаясь и голося. Дракон дал соседней Сове подножку, а ноги какого-то Оленя разъехались сами, скользнув по льду, присыпанному тонким слоем песка.
Лектором на марсианском Северном полюсе — ввиду его безлюдности — пришлось быть самой Нджаве. Профессор потратила немало времени, чтобы привлечь внимание подростков к учебной экскурсии. Хихикающие школьники с трудом узнали, что из-за низкой температуры воздуха вся марсианская вода и даже атмосферный водяной пар превратились в лёд, образовав слой вечной мерзлоты в грунте и нетающие полярные ледники.
— Зимняя температура у полюсов достигает минус 125 цельсиев. От холода даже марсианский углекислый газ переходит в твёрдое состояние. Полярные шапки сложены из смеси водного льда и замерзшей углекислоты, которые испаряются летом и выпадают снегом зимой. В северных марсианских широтах случаются углекислотные метели…
Студенты дружно поёжились, представив буран из углекислоты, мороженой при минус ста — и сколько там ещё? — цельсиев.
— По расчётам учёных, раньше Марс был гораздо теплее — с реками, озёрами, а в северном полушарии даже существовал океан.
Профессор рассказывала довольно монотонно, но в конце лекции она оживилась:
— Интересную гипотезу высказали американские учёные Саган и Уоллес: по их расчётам под многометровым слоем вечной мерзлоты на Марсе и сейчас могут существовать подземные озёра!
Школьники в энтузиазме закачали прозрачными шлемами, а кто-то стал ковырять башмаком ледник — в надежде выкопать колодец.
Профессор приглашающе махнула рукой и повела студентов в Полярные пещеры, недавно открытые геологами и оборудованные для посещения туристов в прошлом году.
Полярные пещеры произвели на студентов сильное впечатление — сверкающие ледяные сосульки густо росли с потолка, а заинедевелые глыбы стояли на полу толпой снежных леших. Цветовая гамма пещеры начиналась от ослепительно белого и заканчивалась тёмно-красным.
Проведя студентов по подземным пустотам и рассказав всё, что она о них знала, профессор объявила:
— Лекция закончена, можете часок погулять по залам. Сбор у выхода и, пожалуйста, без опозданий! — Нджава явно заразилась озабоченностью капитана.
В каждое ответвление пещеры вела светящаяся мягким светом ровная дорожка. Никки и Джерри обошли все подземные петли и загогулины, залы и коридоры, которых было не так уж и много. В самом дальнем зале любопытная Никки приметила в стене тёмную и узкую расщелину, не отмеченную на туристском плане пещеры.
— Давай заглянем? — предложила Никки.
Они сошли с дорожки и посветили фонарями в трещину — узкая, взрослый не пролезет.
Но они, конечно, протиснулись и попали в круглую камеру с полом, засыпанным слоем розовой ледяной дребезги. С потолка свисали неустойчивые гроздья разлапистого белого инея и остроконечные прозрачно-красные сталактиты. Всё это волшебно мерцало в лучах света.
— Ух ты! — восхитилась Никки, и Джерри с ней согласился. В центре круглого зала виднелась воронка с осыпающимися краями из льдистой крошки, сужающаяся в узкий вертикальный ход. Никки посветила в него фонариком и решила, что они спокойно могут спуститься по ледяным выступам. Джерри это не понравилось:
— Мы слишком далеко уходим от основной пещеры!
Никки беззаботно отмахнулась:
— Не будь занудой. Сейчас час дня, мы можем бродить добрых тридцать минут и успеть сто раз вернуться. Лёд радиоконтакту не мешает, и заблудиться невозможно.
И девушка забралась в дыру. Юноше пришлось последовать за ней. Они быстро спустились на метров двадцать ниже основного уровня пещеры и попали в обширный подземный зал. Тут уже и Джерри сказал:
— Ух ты!
Весь зал был заполнен причудливыми ледяными глыбами — они стояли на полу, торчали из стен, свисали с потолка; гладкие тёмно-бордовые фигуры, напоминающие абстрактные скульптуры, сменялись сталагмитами в ажурном розовом инее, образующими рощицы поистине инопланетных деревьев.
Никки следила, чтобы в поле зрения видеокамеры скафандра попали всё подземное природотворчество.
В стенах зала чернело штук шесть разных ходов.
— Дальше не пойдём, — предупредил Джерри, — времени мало.
Никки согласно кивнула.
Вдруг за их спинами раздался странный шелест. Почва задрожала. Ребята оглянулись и увидели, как из расщелины, через которую они попали в зал скульптур, выплеснулась волна ледяной крошки. Несколько секунд — и узкий проход превратился в снежную осыпь.
— Проклятье! — воскликнул Джерри, подбежал к осыпи и попробовал разгрести снег. Он охотно разгребался, но на освободившееся место высыпались новые массы рыхлого льда.
— Бесполезно, — грустно сказала Никки, не трогаясь с места. — Я сенсорами вижу, что ход доверху забит снегом, который лежал на полу круглой пещеры. Видимо, ему кто-то помог ультразвуковым ножом…
— Что же нам делать? — растерянно спросил Джерри.
— Робби, связь с кораблём есть? — спросила Никки.
— Да. Звать на помощь?
— Подожди, — Никки посмотрела на часы. — Час тридцать. Через полчаса сбор на корабле. Что команда может сделать с осыпью?
— Не много, — ответил Робби. — Нужно закрепить рыхлую снежную массу в верхней пещере, потом очистить штрек. Даже с хорошей техникой здесь работы на часа три.
— Тамми, есть здесь другой выход? — Джерри указал на проёмы, темнеющие в стенах.
— Данный уровень не исследован, его карты у меня нет, — отозвался звонкий голос Тамми. — По оценкам, Полярные пещеры занимают значительные пространства, в них можно блуждать очень долго.
— Сожри меня Большая Медведица! Мы срываем старт! — затосковала Никки. — Какой позор! Больные дети будут зря ждать наш корабль…
Джерри посмотрел на опечаленное лицо девушки, видневшееся сквозь стекло шлема, и сказал:
— Сейчас что-нибудь придумаем.
Он расстегнул карман скафандра и достал оттуда три палочки причудливой волнистой формы. Конец каждой флуоресцировал своим цветом — красным, синим, жёлтым.
— Что это? — поинтересовалась Никки.
— Мини-сёрферы, — ответил Джерри. — Развитие идеи твоего Сёрфера. Я зову их крысками. Взял с собой, чтобы попробовать на льду.
Он бесцеремонно бросил палочки на пол и скомандовал:
— Поиск выхода из пещеры! Самый быстрый режим!
Ни колёс, ни ног, ни гусениц у миникиберов не было. Вдруг их волнистая поверхность дрогнула, заструилась, и сёрферы быстро бросились врассыпную, выбрав по каким-то признакам, три из шести подземных ходов. Секунда — и они скрылись в темноте.
— Шустрые! — уважительно сказала Никки. — А успеют?
— Не знаю, — сказал Джерри. — Остаётся только ждать.
Но Никки не могла просто так сидеть и ждать. Она попробовала заглянуть в оставшийся без внимания крысок ход, но он быстро оборвался узкой расщелиной вниз и ей пришлось отступить.