После прощания с Анатолием, мы с Катей сели на скамейку и какое-то время молча дожевывали наши вторые чебуреки, запивая их кисловатым желтым чаем из пластиковых бутылок.
— Ты знаешь, сегодня утром случилась здесь неподалеку удивительная история, — сказал я. — Студент украл портфель у одного гражданина, у нас в университете, а потом вон там на перекрестке умудрился врезаться в светофор.
— Бывает, — отстраненно сказала Катя. — Поделом ему, наверное.
Она очевидно думала о чем-то своем, и не мог взять я в толк, пропустил ли я это, когда разговаривала она с Анатолием, или новое что-то, о чем не решалась она заговорить.
— Как мама? — спросил я, подумав, что личный вопрос выведет ее из задумчивости.
Катя отозвалась:
— Хорошо, в общем. Ходит на какие-то вечера с подругами. На прошлой неделе я так засиживалась на втором образовании, что не видела ее практически. Возвращалась, когда она уже спит, а утром убегала засветло.
— Как у тебя по учебе, двигается?
Катя кивнула:
— Мне в какой-то степени легко. Я по работе многое уже знаю и понимаю. Поэтому больше "отсиживаюсь". Вот для некоторых студентов получается забавно. Они перевелись с дневного отделения на вечернее, а там, понимаешь, их же преподаватель вместе с ними учится.
— А знаешь, — прервала она сама себя. — У вас с Толей похоже какое-то по-настоящему серьезное исследование выходит. Мне даже слушать очень интересно, не говоря уж о вашем энтузиазме.
Опять про исследование. Покою нигде от него нет, хотя результатов по большому счету мы и не добились пока.
— Да тут условно все, — ответил я. — Толя конечно бодрый, возбужденный. Но вот с Олег Палычем мы говорили на прошлой неделе, там все несколько в ином свете. Исследование интересное, самое главное оно сквозное, мы с "Технической Физикой" работаем близко и кафедрой "Вычислительных Систем". Но с другой стороны, с финансовой точки зрения сейчас совсем нехорошее время для чисто научных исследований. Кафедра бегает за хозподрядами. Пытаемся работать с разными большими и мелкими фирмами, с остатками заводов. Олег Палыч все просит подумать, как бы монетизировать наши исследования. А я тут полный профан.
— Ну это сейчас везде. У нас любые исследования теперь должны либо быть финансированы какой-нибудь фармацевтической сетью, либо другими заинтересованными. Капитализм у нас теперь. Но я думаю, лукавит малость Палыч. Гордится он очень твоей работой. Не много сейчас таких в ВУЗе ведется, по-настоящему инновационных.
Тут Катя посмотрела на меня пристально.
— А про Толю что скажешь, Борь? — задала она вопрос несколько неожиданный. — он в каком формате участвует в твоих экспериментах?
Я смутился даже в какой-то степени от такого вопроса. Наверное, дополнительно еще потому, что знал корни этого вопроса, и о чем меня Катя спрашивала. Анатолий был неотъемлемой частью моей работы, из-под его рук вышел весь стенд. Он боролся с сервером, с выделением памяти, с проблемами свопирования, когда результат вычислений становился так велик, что оперативной памяти оказывалось недостаточно. Анатолий хорошо разбирался в проблематике искусственных нейронных сетей, без этого он не смог бы переложить математическую модель на язык программного кода. Однако же роль его заключалась исключительно в этой инженерной составляющей. Научного вклада в наше исследование со стороны Анатолия не было.
— Ну-у, — протянул я. — Я тебе рассказывал ведь уже. Толя — замечательный. Надежный, старательный и головастый. Без него совсем было бы мало шансов у меня поднять эту тему. Так и оставалась бы в моих толстых тетрадках, про которые я бы постепенно забывал и терял. — я попробовал пошутить. — Ты же знаешь меня. Я витаю все время в облаках и мне нужен тот, кто будет периодически дергать за веревочку, чтобы я не улетел совсем. Вот в нашем тандеме с Толей, он исполняет как раз эту роль.
Катя опустила глаза, теребя в руках салфетки.
— Это ты очень точно сказал — дергать тебя за веревочку. — она как-то вымученно улыбнулась. — У меня на этот счет, на счет твоего витания в облаках, тоже выработалась некоторая теория. Я думаю теперь, что эти твои "зависания", в них и есть секрет того, как глубоко ты погружаешься в свою тему. Помнишь, ты рассказывал, что у тебя были с физикой проблемы в школе, когда ты мог сказать решение, но не мог объяснить, как его получил. Вот здесь, наверное, так же, ты в том "другом" своем режиме выполняешь эти расчеты, а потом уже записываешь результат.
Я не мог тут с Катей не согласиться. Самыми эффективными своими решениями я обязан был именно такому отвлеченному своему состоянию. Все мои знакомые и сослуживцы давно знали, что меня в этом состоянии нет никакого смысла вовлекать в другие дела и активности. Бесполезно это, да и даже чревато порой наткнуться на меня угрюмого, злого и грубого.