- А это, кстати, Лерка. Она тоже тряслась со мной в жиге, но вы её точно знаете, как девушку Кирилл.
Весёлый настрой улетучился. На лицах у собравшихся выступило недоумение, и только один самый смелый парень решил уточнить:
- Девушка?
- Да, причём уже очень давно, - непринуждённо ответила я, пытаясь сгладить момент, ещё не зная, что делаю всё только хуже. Лера же стояла, как будто воду в рот набрала. Руки в задних карманах джинс, глаза вниз и только размеренный пошатывания корпуса выдавали её присутствие.
- Кирилл представил её как подругу. – озвучила мысль всех недоумённых глаз девчонка в ярко-голубом платье цвета неба над головой.
Только я захотела свести ситуацию в обычную шутку, как из дома с большой тарелкой салата и пледами на перевес, вышел тот самый Кирилл. Все взгляды сразу же устремились на него, но никто не осмелился прервать молчание.
- Я вот салат заправил и пледы на чердаке нашёл, - похвастался он, складывая находки на большой деревянный стол, явно принесённый из кухни.
Неловкое молчание всё больше затягивалось. Никто не притронулся к еде, которую только недавно аппетитно уминали, даже никто не осмелился пошевелиться, как будто боясь нарушить негласный запрет.
- Вы чего все притихли? – наконец заметил Кирилл, накидывая Лерки на плечи плед. Честно сказать, её короткая футболка даже меня заставляла поёжиться, глядя на неё. Но это действие совсем не вписывалось в всеобщее остолбенение, ещё больше путая карты.
- Она твоя девушка что ли? – прервал молчание самый смелый и самый бородатый парень из всех присутствующих.
Кирилл так и замер, поправляя плед. Его ошеломлённое лицо всё больше вводило в непонимание ситуации. Хоть я и знала всё правду, но озвучить за него не могла. Пришлось прикусить язык, чтобы не сделать ещё хуже.
Взглянув на меня, как будто вспоминания наш недавний разговор, Кирилл отмер, взял Леру за руку и с серьёзным, но всё ещё бледным лицом заявил:
- Да, она моя девушка.
Теперь в недоумении находилась Лера, смотрящая широко распахнутыми глазами на своего новоиспечённого парня.
- Тогда почему ты представил её как подругу? – спросил тот же бородатый парень, - Решил обмануть нас?
- Нет! – резко отрезал он, - Просто не был готов в тот момент взять на себя всю ответственность.
Недовольный шёпот последовал за его словами. Кто-то в открытую возмущался явным враньём друга, кто-то лишь между собой принялся это обсуждать, а кто-то, как я, налетел на ещё не остывший шашлык, забыв о только что произошедшей сцене.
Не обращая внимания на весь шум вокруг, я только в последний момент заметила, как Лера с Кириллом, видимо сумев как-то оправдаться перед всеми, ссорясь, заходили в дом. Решив не мешать им разбираться в своих запутанных отношения, я жадно, как будто вечность не ела, вернулась к мясу, а, когда удалось набить живот, вступила в бессмысленный разговор парней, обсуждающих возможное повышение срока службы в армии.
Их спор был пострашнее ссоры двух голубков, скрывшихся в доме. Каждый пытался яростно отстоять свою точку зрения. Как потом выяснилось, одному из них только предстояла эта участь, а другой, уже отслуживший своё, менее эмоционально реагировал на выпады другого, именно этим я для себя объяснила, образующиеся искры от их перепалки. Попытавшись их успокоить, я свела всё к усреднённому мнению, но мои усилия были напрасны. Они и мне нашли что предъявить. Устав от бессмысленного препирательства, я присоединилась к другому разговору.
Весь оставшийся вечер провела в скучных, но отчего-то очень взвинченных разговорах. То ли юношеский максимализм так влиял на нас, то ли мы все были те ещё ораторы. Съев всё, что только можно было съесть, решили развлечь себя какой-нибудь игрой. Кто-то принёс из своей машины ракетки и воланчик, и мы по очереди принялись играть. До меня очередь дошла в самый последний момент, когда на небе уже начали появляться первые звёзды. До этого же я наслаждалась лёгким и холодным весенним ветром, обдувавшего моё лицо, а в особенности волосы, и поющими птицами, находящимися неподалёку в лесу. Тихая музыка, играющая на фоне из чьей-то машины, стоящей на асфальтированном куске земли рядом с домом, дополняла атмосферу уюта и спокойствия. Я не обращала внимания на мысли, роящиеся в голове и стремящиеся занять всё моё пространство, наоборот отгоняла их подальше, боясь испортить такой особенный момент. За последние больше, чем полгода у меня даже не было доли секунды, проведённой в тишине. Мой мозг всё время закидывал меня флешбеками, мыслями, образами. Я не могла от них убежать. Тело же отвечало тремором в руках и ногах, иногда во всём теле одновременно. Ощущение будто мозг ввёл войну с телом и только в этот тёплый апрельский вечер, они объявили перемирие. На время ли или всё-таки навсегда – неизвестно, но после таких продолжительных боёв даже один вечер тишины ощущается как подарок.