Взяв в руки ракетку, я подняла взгляд на открывшуюся со скрипом дверь, из который вышли довольные, счастливые, а главное помирившиеся Лера и Кирилл.
- Я же говорил, что они там громко мирятся. – ехидно заметил Сева. Только лишь его имя из всей компании я смогла запомнить за весь вечер, и то, потому что он всё время вокруг меня маячил. Именно его мы недавно посылали проверить не поубивали ли голубки друг друга. Вернувшись он рассказал, как именно они мирились. Сева бы во всех подробностях поведал всё, что увидел и услышал, но мы вовремя его остановили, спасая себя от лишних подробностей.
Парочка за ручку подошли к нам, счастливо улыбаясь. Хоть Лера и выглядела счастливой, но её опухшие и красные глаза говорили о другом.
- Ребят, - обратился к нам Кирилл, - простите, что мы исчезли на весь вечер. Нужно было много чего обсудить.
- О! Это мы слышали. – подмигивая Лере, воскликнул Сева. Подруга опустила глаза вниз, но не залилась румянцам, как могли бы сделать другие девчонки на её месте, а резко поменялась в лице. Глаза налились слезами, уголки губ опустились, но она не дала волю эмоциям. Кирилл одобряюще погладил её по руке, но она даже не взглянула в его сторону. Подняв умоляющие глаза на меня, сказала:
- Эми, пойдём вина выпьем вдвоём?
Естественно я согласилась. Последовав за Леркой, мы вышли за забор к машине Кирилла. Только мы отошли от ребят, последовал быстрый и резкий голос Кирилла. Из-за ветра невозможно было различить о чём он говорил, но по высокому тону было ощущение, что Кирилл кого-то отчитывает или ругает.
Закрыв калитку, Лерка накинулась мне на шею, взахлёб рыдая. Мне не оставалось ничего, кроме как не мешать ей выплёскивать эмоции и гладить её по голове. Спустя пару минут всхлипы стали всё тише, и я осмелилась спросить:
- Лер, что случилось?
Подруга подняла на меня красное и мокрое от слёз лицо, но не выпускала из объятий.
- Если бы ты знала, как мне плохо... – еле успела проговорить подруга, пока новый поток слёз не нахлынул на неё. Больше я ничего не осмелилась спрашивать, дабы не сделать ещё хуже. Пока Селезнёва рыдала, я гладила её по голове, проговаривая, что всё будет хорошо, и наблюдала за тёмным и мрачным небом, усыпанным яркими, блестящими звёздочками.
- Представляешь, - отозвалась Лера, отпуская меня, когда слёзы закончились и ей стало лучше, - мы поговорили от силы десять минут. Я ещё не успела толком ничего рассказать, как снова началось это.
- Что «это»?
- Любовь, Эми, любовь, - вздохнула подруга, - Вот смотри, - она убрала волосы с шеи, и мне открылся обзор на огромные засосы почти синего цвета, даже в такой темноте их было очень хорошо видно.
- Вы так и не смогли поговорить? – забеспокоилась я.
- Он уснул потом, а я дала волю чувствам.
- Но он же проснулся, только дурак может не заметить твоё состояние. Даже в темноте всё прекрасно видно.
- Заметил, - призналась Лера, - да толку никакого. Поговорили, как будто ни о чём. Словно мы не влюблённая пара, а хорошие знакомые.
- Ничего не понимаю. - призналась я, закутываясь поглубже в ветровку от холода.
- Всё, хватит, проехали! – заявила подруга, смахивая слёзы, - Берём вино и идём греться около костра.
Я не стала ей перечить, поэтому она открыла багажник старенького жигулёнка, извлекая две бутылки красного сухого вина.
- Чего она без сигнализации? – вырвалось у меня.
- Девушка, - заметно повеселев от моего вопроса, обратилась подруга, - это же жига. Она никому не нужна. Особенно в такой глуши.
На том и остановившись, мы вернулись во двор, забрали себе два кресла и сели поближе к костру, который разожгли не так давно парни, чтобы не умереть от холода. Компании уже во дворе не было. Они переместили на кухню. Из окна слышалось бренчание гитары и чей-то грубый голос.
- О, - воскликнула Лера, - это Кирилл поёт.
- Не знала, что он и такое умеет, - искренне призналась я.
- Я тоже. – отозвалась Лера то ли с сожалением, то ли со смирением. Она яростно разрывала упаковку на бутылках, а потом чуть ли не зубами вытаскивала пробки. Хорошо, что на столе мы нашли штопор. Немного погодя, мы с облегчением пили вино прямо из горлышка.
- Не знаю, как ты, - прервала молчание подруга, - но я даже боюсь себе представить, что было бы, если бы я тогда тебе не написала.
- Когда?
- Ну, когда увидела тебя в списках поступающих.
- Мы бы сейчас здесь точно не сидели, - ответила я, делая новый глоток.
Поёжившись от холода, я придвинулась по ближе к огню, рассматривая его искры, летящие от веток. Лерка как будто не чувствовала холода, уныло восседая в большой куртке Кирилла. С наших мест открывался хороший обзор на выходящие в эту сторону окна. В тишине наблюдали за происходящим на кухне, где ребята все вместе запевали известные песни.