Володя, я не хочу, чтобы ты думал, что по окончании войны тебя некому будет встречать. Пускай ты только недавно ушёл на фронт, но я уверена, что ты вернёшься с победой. А сейчас пиши мне письма. Верь, любимый, если ты рад, я вместе с тобой рада, ты грустишь – грустна буду и я. Верь этим словам, они от пули спасут тебя, и ты будешь спокоен в смертельном бою.
Целую тебя, обнимаю, жду, люблю,
Твоя Валя.»
Ни фотокарточки, ни конвертов с бумагой в письме не оказалось. Не успела я расстроиться, ведь хотелось взглянуть на отправительницу письма, как за окном раздался душераздирающий крик, а за ним последовали разборчивые слова:
- Вылезайте из моего дома! Иначе я пристрелю всех.
Выстрел. Все птицы в округе взлетели и улетели прочь. Сердце предательски застонало. Руки механически закинули письма и валяющийся на полу военный билет в рюкзак, а ноги вывели меня из комнаты.
- Надо валить! – закричал Кирилл, выбежав к нам навстречу с перепуганным, не меньше нашего, видом.
Глава 10. Как жить, если жизнь – сплошной серпантин?
Кирилл, казавшийся на первый взгляд собранным парнем, перепугался, как мальчишка, когда услышал старческий крик. Бегающие глаза искали хоть какой-нибудь способ побега.
- В дверь нельзя. – настороженно оглядываясь в сторону выхода, проговорила я, пытайся помочь Кириллу. – Крик был с этой стороны.
- Значит в окно. – нашёлся он, заметив спасение за спиной. Подталкивая нас к одной из спален, чьё окно выходило на речку, Кирилл направил дуло пистолета на входную дверь. В любой момент она могла распахнуться, открывая обзор на преступников, то есть на нас.
Спальня, судя по всему когда-то служившая детской, была неуютно тесной, из-за чего мы оказались в ловушки. Захлопнув дверь, будто нас это спасёт, Кирилл отдал пистолет Лере:
- Следи за дверью. Стреляй без предупреждения.
Стиснув зубы, она кивнула, пытаясь предать себе боевой вид, но руки с длинными нежными пальцами предательски затряслись, когда взялись за оружие.
- Отставить слёзы! – взмолился Кирилл, когда по её щеке потекла слезинка. – Нет времени страдать!
Схватив стул и замахнувшись, он разбил окно. Лера вскрикнула. Осколки разлетелись по всей комнате, даже то, что я успела прикрыть лицо руками, совсем не помогло. Кисти посекло мелкими стёклами, отлетевшими от ножек стула. Кровь медленно, но верно выступила через раны. Застрявшие стёкла болью сообщили о своём присутствии.
- Некогда их рассматривать! – закричал Кирилл, беря мои руки в свои. – Выберемся сами и их вытащим.
Подняв голову, чтобы поблагодарить его хотя бы улыбкой, я увидела страшную картину. Всё лицо истекало кровью. Ему повезло меньше всего. Крупные осколки виднелись в щеке и шеи. Кирилл, как будто не замечал трагедию. Продолжал командовать.
Забрав пистолет, он вытолкал нас через окно на улицу.
- Бегите в лес. Я прикрою.
Мы и побежали. Крики за спиной придавали сил. Желание обернуться и увидеть человека, из-за которого нам пришлось мчаться напрямик через лес, царапая руки, ноги, лицо, абсолютно не было. Судя по шелесту за спиной, Кирилл бежал за нами.
- У меня кровь! – прокричала Лера, закрывая рану на предплечье пальцами.
- Много? – со спины послышался голос Кирилла, пытавшегося нас догнать.
- Терпимо, но бинт бы пригодился.
- Как ты умудрилась?
- В оконной раме были гвозди.
Шершавые стволы деревьев, глубокие ямы, кочки и острые ветки кустарников сменялись, казалось, со скоростью света, пока мои ноги продолжали спасаться бегством. Хватило меня ненадолго. Ещё пара таких веток, приносящих немалую боль без того израненным рукам, и я обернулась. Наш спаситель еле передвигал ноги, то и дело шатаясь из стороны в сторону.
- Кирилл!
Он не ответил. Даже голову не поднял. Лера обернулась на крик и остановилась в замешательстве.
- Что с ним?!
Не став отвечать, я из последних сил вернулась к Кириллу, который, оперевшись о дерево, убирал пистолет в карман. Не успела я приблизится, как он, не поднимая головы затараторил:
- Надо обойти деревню по лесу и вернуться к машине. Там есть аптечка. Забинтуем руку Лере, а потом обработаем твои кисти перекисью. Достать осколки мы не сможем, у меня пинцета нет, но я быстро доеду до больницы. Там тебе помогут или же...
- Кирилл! – завопила я. – Перестань! Подниму голову. Что у тебя с лицом?
- Ничего. – отворачиваясь, отмахнулся он.
Всё-таки преодолев сопротивление, я повернула его голову к себе, не поверив словам, и ужаснувшись, отпрянула. Кровь струйками стекала к подбородку. Раны на лбу, щеках и шеи истекали алой кровью, будто его посекло не стёклами, а досталось ножом в драке.