Вика всецело окружала Арсения вниманием и заботой: утром всегда поднималась раньше, готовила завтрак, провожала его на работу, вечером встречала и кормила ужином. Однако Нонна Алексеевна, несмотря на все сделанные ранее заверения, начала понемногу жаловаться Арсению. Конечно, делала она это очень тонко, со всей присущей ей деликатностью и осторожностью, но юноша, который давным-давно изучил все уловки своей матери, моментально все понял.
Но понять – одно, а найти выход из создавшейся ситуации – совсем другое. Денег, которые Арсений зарабатывал, едва хватало на жизнь. Откладывать практически не получалось. Пару раз ему удавалось неожиданно скопить небольшую сумму, но в первый раз она вся ушла на поездку в Крым, а во второй – на встречу Нового года. О том, чтобы снять квартиру, даже речи не могло идти. Ежемесячно выбрасывать на ветер сумму, которая практически равнялась его зарплате, Арсений позволить себе не мог.
Чтобы не провоцировать открытых конфликтов и не допустить неконтролируемой эскалации напряжения в рамках отдельно взятой семьи, Нонна Алексеевна не предъявляла претензий непосредственно Вике. Видя, что ее тонкие намеки не приводят к желаемому результату, она стала действовать хитрее. Обладая природной способностью располагать к себе людей, входить к ним в доверие и провоцировать на откровенность, она решила на время забыть о своих неудовольствиях и придирках и поплотнее сблизиться с девушкой. Ей это довольно легко удалось. Вика, не подозревая подвоха, быстро открыла женщине свою наивную душу.
Мать Арсения воспользовалась этим откровением с собственной корыстной целью. Естественно, внешне все выглядело как проявление искренней заботы о сыне. Однажды вечером она позвала юношу к себе в комнату.
– Ты знаешь, я тут поговорила по душам с Викторией. Узнала много интересного!
Сын чувствовал, что мать сейчас вывалит на него кучу негатива, а ему вовсе не хотелось слышать что-либо плохое о своей девушке. Однако выбора не оставалось – Нонну Алексеевну остановить трудно.
– Ну хорошо. Давай рассказывай, что там ты нарыла?
– Я не нарыла, как ты выражаешься. Она сама мне рассказала, – мама сделала вид, будто обиделась.
– Да ладно тебе. Говори уже!
– Ты знаешь, она довольно долго была любовницей женатого человека. Да-да! И не просто какого-то там человека, а жуткого негодяя! И он преследует ее теперь! Она несколько раз пыталась уехать, так он с поезда ее снимал!
– Ну и что, уехала ведь. Что ты мне хочешь сказать? Что она не девственница? Я это и так знаю. Мам, ей двадцать один год! Если бы она до сих пор оставалась девственницей, это было бы странным.
– Да я тебе не о том говорю. Ты думаешь, она к тебе приехала?
– А к кому она приехала?
– Ей надо было сбежать оттуда! Хоть куда-нибудь! Ты подвернулся, она и воспользовалась. Какие у нее там перспективы? А здесь Москва все-таки. Да и ты – вариант получше, чем курортные алкаши.
Арсений передернул плечами, пытаясь сбросить неприятные ощущения. Он ненавидел подобные разговоры. Все это изначально плохо пахло и походило на сплетни дворовых старух на скамейке перед подъездом. Нонна Алексеевна тем временем продолжала:
– А зачем тебе нужен этот ненормальный, ее бывший любовник? Еще прибьет тебя в каком-нибудь закоулке!
– Мам, ты что, детективов начиталась? Не драматизируй! Хватит уже! Я твое настроение и так давно понял. Не надо всей этой грязи, ладно? Я тебя прошу! Я уже убедился: на самом деле у меня нет возможности привести домой девушку, и нечего мне на это лишний раз указывать. Это ваша квартира, так что вы, безусловно, имеете право решать, кому в ней жить. Куда нам с ней деваться, я придумаю! Я не позволю диктовать мне условия, с кем встречаться, а с кем нет.
– Чего ты горячишься, я же совсем не это имела в виду…
– Мам, я тебя не понимаю! Вот честно! Ну не нравится тебе, что Вика здесь живет. Просто скажи мне об этом. Прямо и честно. Я пойму. Зачем ее грязью поливать?
– Я же о тебе беспокоюсь, как ты не понимаешь? Я тебе желаю только добра! Мне не то не нравится, что она здесь живет, а просто она сама мне не очень нравится.
– Прекрати! Подобная участь ожидает любую мою девушку, я уверен. Так что не надо. К тому же она и не обязана тебе нравится. Важно, чтобы мне нравилась. И вообще! Ты понимаешь, что твой интерес сохранить с ней хорошие отношения гораздо выше теперь, нежели ее?
– Почему это?
– А ты смотри в перспективе. Конечно, ты моя мама, и я очень люблю тебя, всегда буду любить и никогда не брошу. С ней отношения пока неизвестно, могут и не сложиться. Но если они все же сложатся, то именно она будет во многом определять взаимоотношения между нашими семьями. Она, возможно, мать твоих будущих внуков. Поверь, она хорошей человек, и тебе надо попытаться найти с ней общий язык. А насчет квартиры я понял. Я буду думать об этом.