– Получается, что мы лишь пассивные зрители фильма, авторами сценария которого сами же и являемся, – первым пришел в себя Саадиев.
– А кто режиссер? – с улыбкой спросил Косаченко.
– Известно кто! – торжественно произнес Малахов и поднял глаза кверху. – Даже сама наша сегодняшняя встреча не состоялась бы без Его на то воли и непосредственного участия.
В свой последний рабочий день Козырев явился в институт в приподнятом настроении. Грусти по поводу расставания с этим местом он не испытывал, хотя тут оставалось несколько людей, успевших за прошедший год стать ему близкими друзьями. Первым делом он зашел проститься с Акименко. Бывший начальник встретил его приветливо, но немного и по-доброму пожурил юношу:
– Что, Козырев, бросаешь нас в трудное время? Решил податься на легкие хлеба?
– Да нет, просто предложили интересную работу.
– Ладно-ладно, не напрягайся, я же шучу. К тому же в некотором роде я в курсе твоих дел, вот ведь как! Ты ж не арбузами идешь торговать, продолжаешь заниматься наукой. Вот если бы ты решил все бросить и податься в менеджеры, тогда бы да, я бы тебе руки не протянул! А так могу только пожелать успеха!
– Спасибо! Постараюсь оправдать доверие.
– Ты уж извини, так по-дурацки получилось с этой характеристикой.
– С характеристикой?
– Ну да, я имею в виду первый ее вариант, нехороший вариант.
Арсений непонимающе смотрел на Станислава Сергеевича. Тот, увидев замешательство молодого человека, пояснил:
– Да ты и не знаешь, как я погляжу. Случилось тут у нас небольшое недоразумение с твоей характеристикой. Известный тебе человек постарался, а я, вишь оно как, невнимательно посмотрел бумаги. Подмахнул не глядя. Ничего, мне урок будет на будущее. Но, как говорится, все хорошо, что хорошо кончается. Так что, как видишь, и я тоже приложил руку к твоему уходу. Было бы странным после этого тебя удерживать. Хотя при других обстоятельствах я, возможно, и постарался бы. Так что вся эта история, может, даже на руку тебе сыграла, вот ведь как.
Арсений неопределенно пожал плечами и ответил:
– Станислав Сергеевич, я в любом случае благодарен вам. Я у вас тут многому научился, и в лаборатории, и у вас лично. И за характеристику тоже благодарю, хоть и не знаю, в чем там было дело. Знайте, что я всегда готов помочь, если потребуется. Мы наверняка еще пересечемся с вами в жизни. И я уверен, что это будут приятные встречи.
Они пожали друг другу руки, и Козырев вышел из кабинета. Сразу после шефа он направился на ускоритель – попрощаться с Брилем. Там же находился и Олег Смирнитский, извечный спутник дяди Левы. Оба балагуры, оба любители веселых розыгрышей.
– Здорово, интриганы! Замышляете очередную каверзу?
– О, смотри, дядь Лев, кто пришел. Чего надо? Мы с ренегатами не разговариваем! – наигранно негодовал Олег.
– Значит, придется пить молча, – Арсений улыбнулся, достал из пакета бутылку хорошего коньяка, лимон и шоколадку «Вдохновение».
– Это что у меня тут? Пьянство на рабочем месте? – Бриль притворился возмущенным. – Коньяк? С утра? Стаканами? Хорошо!!!
– По чуть-чуть, чисто символически. У тебя же все равно «кастрюля» отдыхает. Людям тоже можно. Иногда. Без фанатизма.
Дядя Лева поднял трубку телефона и, не набирая номера, произнес:
– У меня совещание, просьба не беспокоить!
Все засмеялись. Бриль достал из шкафа стопку одноразовых стаканчиков, небольшой ножик. Коллеги расположились за журнальным столиком, расставили посуду, нарезали лимон, разложили дольки шоколада.
– Ну что, Арсений Павлович, признавайся, куда ты намылил свои лыжи и на кого ты нас, несчастных, бросаешь? – поинтересовался Олег, как только они опрокинули по первой.
– Куда иду, не могу сказать, военная тайна! А вы и без меня не пропадете. Вон какие орлы!
– Смотри-ка ты, окутал себя завесой таинственности и ведь не боится, что мы его сейчас тут пытать будем, в наших-то подземных казематах. Никто не услышит твоих воплей о помощи, и не надейся!
– Ладно, не хочет говорить – не надо, – вступился за юношу Лев Семенович. – Я бы тоже не сказал, пока не перешел окончательно. Мало ли тут доброжелателей! Давай, Арсений, желаю, чтобы тебе на новом месте было комфортно работать. Это самое главное! Чтобы на работу – как на праздник! И чтобы отдача была. И моральная, и материальная. Хватит уже работать «за спасибо».
Дядя Лева поднял стаканчик, все последовали ему примеру. Чокнулись. Пластик поглотил звук соприкосновения, но это было не важно. Выпили.