Сам Козырев относился к своей диссертации спокойно, без обычно присущего ему пыла. Умом он прекрасно понимал, что ученая степень – вещь для избранной им карьеры совершенно необходимая, но считал ее вынужденной неизбежностью и затрачивал ровно столько усилий, чтобы добиться своей цели и выглядеть при этом достойно в глазах родных, друзей и коллег.
И все же он был доволен. Даже, пожалуй, счастлив. Как может быть счастлив только человек, который успешно завершил большое, значимое дело и теперь вполне заслуженно может гордиться результатами своего труда.
На банкете, подготовкой которого руководила Виктория, мысли Козырева были заняты совершенно другим. Он с трудом воспринимал происходящее и находился в некоторой прострации. Согласно кивал поздравляющим, смущенно благодарил за теплые слова. Со стороны могло показаться, что человек просто перенервничал и теперь его организм демонстрирует естественную реакцию на пережитый стресс. Но дело было вовсе не в этом. Неожиданно, прямо во время доклада на заседании диссертационного совета, в его голову пришла новая оригинальная мысль по давно волнующей теме. Ему не терпелось поделиться этой мыслью с Малаховым и как можно скорее проверить предположения.
Выбрав удобный момент, когда ученые разбрелись покурить-поговорить, Арсений подошел к профессору.
– Я понял, в чем дело. Все дело в динамике!
– В динамике? – удивленно переспросил Евгений Михайлович, которого неожиданная фраза Козырева повергла в некоторый ступор.
– Ну да, мы рассматривали всегда статические картинки. Замораживали моментальное состояние воды. А оно само по себе не несет никакой информации. Ну или несет, но опосредованно. Важны лишь изменения! По характеру изменений структуры нужно пытаться определить закономерности!
– Вот ты о чем… Я не понял сразу. Погоди, не тараторь, толком объясни. Ты такой взволнованный, что я из потока твоего сознания ровным счетом ничего не могу понять.
– Ну как! Молекулы воды выстраиваются в кластеры. Но внешний вид кластеров – это лишь результат, следствие. Причиной является движение молекул. Информационная матрица заставляет их двигаться определенным образом, упорядочивает движение, которое мы считали случайным. Она не дает установку «Займи такое-то место в ряду других молекул». Она задает законы движения: «Двигайся в таком-то и таком-то направлении», «Активируй механизм образования связи с ближайшим соседом слева по ходу движения». Да мало ли что еще. Тут новое непаханое поле для исследований. Я чувствую, что на этом пути нас ждет успех!
– Ну подожди. То, о чем ты говоришь, это на самом деле то же самое. Мы именно этим и занимались все это время.
– Нет, это разные вещи!
– Нет, одинаковые! Представь, я хочу тебя отправить, ну не знаю, например, к себе домой. Чтобы ты привез мне какую-нибудь книжку. Я могу назвать тебе адрес и не заботиться больше ни о чем. Если ты разумный человек, то, зная адрес, сам найдешь дорогу. Мы подразумевали наличие некоего подобия разума, ну или подчинения скрытому закону, согласно которому молекулы знают, как именно им нужно занять заданное положение. Остается только проинформировать их о самом местоположении.
– Да, я об этом и говорю. А теперь я предлагаю другой подход…
– Теперь ты предлагаешь не называть адрес, а объяснить схему движения. Это как если бы я сказал тебе: «Выйдешь из здания, повернешь налево, пройдешь двести метров, сядешь в метро, доедешь до станции «Спортивная», поднимешься по эскалатору, пройдешь немного левее, зайдешь во двор и в угловом подъезде на первом этаже квартира направо».
– Ну да…
– Что «ну да»? Результат выполнения этих двух инструкций будет одним и тем же. Ты окажешься у меня дома. Значит, мы можем опустить способ достижения цели и исследовать только конечный результат. Чем мы, собственно, все это время и занимались. Если есть закономерность в процессе, она неизбежно приведет к закономерности в результате.
– Да нет же, профессор. Вы забываете о начальных условиях!
– Начальные условия одинаковы. Изначально мы разбиваем все кластеры.
– Да, молекулы в начале эксперимента не связаны. Но состояние жидкости вовсе не однородно как во времени, так и в пространстве. И в зависимости от того, как именно мы разбили кластеры, какими они были до момента начала опыта, даже от времени начала эксперимента, конечный результат может отличаться очень сильно. Представьте, молекула получила команду двигаться вперед и образовать связь с первой же встретившейся молекулой справа. Но когда она встретит этого соседа? Может быть, через микросекунду, а может, через две или через три. А это сильно повлияет на конечную картину!