Неожиданное волшебное зрелище потрясло молодую женщину.
– Как ты это сделал?
– Секрет!
– Ну ладно, скажи!
– И ты даже не боишься потерять этот волшебный налет романтики?
– Правда, очень любопытно!
– Веревка, жидкие парафины из смеси для розжига углей. Приготовил заранее и выложил тут, пока ты спускалась. Очень боялся, что высохнет раньше, чем мы вернемся сюда. Но, как видишь, все получилось!
– А как поджег?
Арсений улыбнулся:
– Пришлось призвать на помощь физику.
Вика прошлась вдоль затухающего пламени. Затем подошла к любимому и села возле него на корточки.
– Ты замечательный! Ты самый-самый-самый лучший мужчина на земле!
С этим утверждением он не спорил.
Несмотря на наличие нового, собственного жилья, на душе Виктории скребли кошки. Ей все очень понравилось. Действительность превзошла даже самые смелые ее ожидания. Последний раз она видела квартиру, как только ее построили. В доме еще не было даже крыши, когда Арсений буквально силой притащил ее на стройку, чтобы продемонстрировать будущую обитель.
Она совсем не принимала участия в процессе планирования и обустройства интерьера. Козырев, естественно, периодически интересовался у супруги, как она видит то или иное решение, какие у нее существуют внутренние желания или потребности. Но она до такой степени доверилась в этом вопросе мужу, что тот иногда даже обижался, принимая ее бесконечную преданность и готовность принять любое решение любимого за безразличие. Просто она знала наверняка: Арсений сделает лучшее из того, что вообще можно было сделать в сложившихся условиях. И вера эта ее не подвела. Теперь уже можно было смело брать задачу создания уюта в свои женские руки.
Выбор штор, покрывал, постельного белья, посуды, украшение стен и расстановка мебели – все это рачительный хозяин с готовностью передал в веденье молодой хозяйки. И все же Вика не могла сполна ощутить радость от предстоящих приятных забот и хлопот. Всему виной снова был этот сон, преследующий ее на протяжении пяти лет, с того самого момента, как она приехала в Москву к своему любимому мужчине. Ей постоянно раза два в месяц снился один и тот же сон. Сюжет всегда был разный, но смысл от этого не менялся. Арсений бросал ее, причем бросал грубо и жестоко, не оставляя никаких шансов оправдаться или как-то исправиться, вернуть ситуацию в прежнее русло. Каждый раз она просыпалась с тяжелым сердцем и, несмотря на то что прямой вины мужа в этом не было, на протяжении всего дня физически ощущала боль и сильную обиду.
Она никогда не говорила о своих чувствах, придумывая различные отговорки, чтобы объяснить такое свое состояние, либо отделываясь общими фразами о плохом сне. Но на этот раз Арсений проявил настойчивость и вынудил девушку к откровенному разговору. Закрыв дверь в спальню, он поставил вопрос ребром:
– Вика, я понимаю, что у тебя могут быть свои, женские проблемы, но, уж поскольку они начинают касаться меня, я настаиваю на том, чтобы ты дала хоть какие-нибудь объяснения. Чего это ты вдруг ни с того, ни с сего начинаешь срываться по пустякам? Обычно ты с легкостью переносишь и гораздо более серьезные мои проступки. Что случилось?
– Ничего серьезного. Извини. Мне опять приснилось, что ты меня бросил. Просто я очень устала от этих снов.
– Приснилось? То есть ты злишься на меня за то, что тебе приснилось? Что я плохо вел себя в твоем сне? – Арсений искренне удивился такой постановке вопроса.
– Нет, конечно. То есть я хочу сказать, что я понимаю, что это нелепо. Но ничего не могу с собой поделать?
– Можешь хотя бы перестать на меня злиться. Ведь этого не происходило на самом деле! Проснувшись, ты должна улыбнуться и сказать: «Приснится же такая ерунда». И сразу же забыть. Это всего лишь сон. Еще бы! Потерять такого мужчину, я понимаю, почему ты испугалась! – он обнял Вику и поцеловал в щеку.
Девушка грустно улыбнулась.
– Пробуждение не приносит облегчения, потому что я прекрасно понимаю… – Она осеклась на полуслове.
– Что ты понимаешь? – он немного отодвинулся, чтобы лучше видеть выражение ее лица.
Вика собрала всю свою решимость и словно бросилась в омут с головой, будто бы прорвало невидимую плотину. Все, что накопилось в душе за все эти годы – сдерживаемые эмоции, скрытые страхи, отодвинутые на задний план жизни переживания, – стремительно вырвались наружу мощным, неудержимым потоком, состоявшим из будоражащей смеси слов и слез.