– Вот, нашел. «Йони» – гнездо, обиталище, логово, место происхождения, источник, хранилище, вместилище. Что у нас получается? Прана йони. Пранайони… Йонипрана. Не знаю, не знаю. Как-то не очень. И вообще, почему это мы должны использовать чужие понятия? Что у нас, своих мало? Мы соединяем Восток и Запад, мы испокон веков берем самое лучшее и у тех, и у других. У нас тоже есть своя древняя мудрость. Взять хотя бы «славяно-арийские веды». Или более позднюю, православную христианскую культуру. Кстати сказать, я думаю, что православное представление триединого Бога очень точно описывает обнаруженные нами явления.
– Что ты имеешь в виду?
– Смотрите. Что представляет собой святая Троица? Бог Отец, Бог Сын и Бог Дух святой. А теперь возьмите наши результаты. Начнем со святого Духа. Это изначальная сущность всего, базис, основа, первичное поле. Далее Бог Сын. Ну тут все ясно – это человек, сын божий. И Христос явился в образе человека, и все мы Его дети. И все мы своим сознанием способны влиять на мир. Изменять первичную основу в соответствии с собственными мыслями, желаниями. Но ведь все это надо как-то увязать в единую непротиворечивую схему. Не знаю, как назвать. Цензура желаний, конечный план, итоговое стояние матрицы. То, что в конечном итоге материализуется в реальности. Последнее слово должно за кем-то оставаться. Да и само первичное поле кто-то должен был создать. И этот кто-то – Он! Всемогущий владыка Саваоф, первое лицо святой Троицы! Мы творим все вместе, одновременно, и при этом являемся отдельными, независимыми личностями, – Арсений немного подумал и добавил. – Хотя, наверное, Бог все же главнее.
Пока Малахов молча осмысливал сказанное, Арсений быстро набрал в строке поисковика новый запрос. Минутой позже он воскликнул:
– Что касается Бога святого Духа. Вот смотрите, цитирую дословно: «София – отождествление третьей ипостаси Божественной Троицы. Олицетворение первоначала, материнского лона изначальности. Специфику Софии составляет женственная пассивность. Ее «всесилие», а также глубинная связь не только с космосом, но и с человечеством». Это из «Притчей Соломоновых». Дальше читаю: «Если по отношению к Богу София – пассивно зачинающее лоно, «зеркало славы Божией», то по отношению к миру это строительница, созидающая мир, как плотник или зодчий складывает дом, как образ обжитого и упорядоченного мира, огражденного стенами от безбрежных пространств хаоса».
– Любопытно, посмотри еще.
Козырев вновь погрузился в дебри Интернета. И снова довольно быстро сумел отыскать подтверждение своих мыслей.
– Вот, нашел. По-моему, в самую точку! «Логос христианской философии, отождествленный в Евангелии со вторым лицом Троицы, Иисусом Христом, есть, во-первых, прямое присутствие Бога в мире и, во-вторых, нераздельное единство с человеческой природой («И Слово стало плотию», Евангелие от Иоана, 1:14)». Это же прямое указание на материализацию наших желаний. Я не силен в религии, но, если честно, у меня даже дух захватило. Они все это знали!
– Я бы на твоем месте так не радовался, в Интернете можно найти подтверждение любым идеям, даже самым бредовым.
– Причем тут Интернет? Я лишь нашел в нем ссылки на достоверные источники!
– Хотя ты знаешь, – Евгений Михайлович задумчиво погладил подбородок, – ведь триединое начало не чуждо и индийской философии. Действительно, прослеживается некоторая закономерность. В индуизме это называется «Тримурти». Триединство богов Брахмы, Вишну и Шивы. Конечно, с некоторыми, иногда довольно значительными, отличиями, к тому же изрядно подзабытое, но тем не менее. Да и в буддизме «Трикая» – триединая сущность, или три способа бытия Будды, три его тела. Согласно учению великой колесницы, махаяны, Будда проявляет себя в трех аспектах. Первое: Дхармакая – высшее, абсолютное проявление духовной сущности, сущность мироздания, постижимая только посредством высшего просветления. Чем тебе не информационное поле? Второе: Нирманакая – Будда, проявляющий себя в обыденном мире. А это и есть человек, сын божий. И третье: Самбхогакая – образ Будды, Сам Всевышний.
– Интересно. Похоже, что древние уже знали то, что мы только-только собираемся постичь. Откуда, спрашивается? Полученные напрямую эзотерические знания в те времена, когда у человека чувственное восприятие было развито гораздо сильнее рационального? Или дары инопланетного разума? Теперь, правда, основательно подзабытые. Но что радует, так это то, что мы с вами, Евгений Михайлович, похоже, обретаем высшее просветление, ибо пытаемся проникнуть в самую суть Дхармакая.