Во время таких приступов ему становилось больно и обидно вдвойне, ибо получалось, что комиссия по научной этике оказалась права и он действительно никакой не ученый, а всего лишь глупый и некомпетентный фантазер, погрязший в дебрях лженаучных теорий. К счастью, подобная потеря веры случалась нечасто и проходила довольно быстро. Он утешал себя тем, что коль скоро не имеет сейчас технических возможностей использовать строгие научные методы, то лучше уж хоть как-то двигаться вперед, чем вовсе отказаться от своей мечты и похоронить результаты многолетней работы целого коллектива талантливых ученых.
В чем же суть этой необычной психической практики? Первым толчком, который позволил Козыреву убедиться в принципиальном существовании такой возможности, послужили его частые сны, в которых он мог свободно не только управлять своими действиями, но и подчинять собственной воле все происходящие вокруг него события. Ну или большинство из них. Единственное, что требовалось для реализации желания во сне, – это правильная мысль. Стоило только подумать определенным образом, как любая фантазия воплощалась в реальности. Если, конечно, осознанное сновидение можно считать таковой. Но что такое «правильная мысль», «думать определенным образом»?
Основное в подобном способе мышления – полное отсутствие любых, даже самых малейших сомнений в возможности реализации задуманного. Крошечная, ничтожная неуверенность полностью уничтожает способность творить, созидать. Возникает порочный, замкнутый круг. Человеку свойственно сомневаться, и лишь многократное успешное повторение опыта придает ему уверенность в собственных силах. Но чтобы этот опыт приобрести, необходимо отбросить сомнения. Без опыта не исчезнут сомнения, а при наличии сомнений не появится опыт.
Однажды придется поверить полностью, безусловно, абсолютно, не требуя подтверждений и доказательств. Во сне это сделать гораздо проще, в конце концов, ты ничем не рискуешь. Первый же успех настолько укрепит веру, что дальнейшие эксперименты станут легкой прогулкой, превратятся в приятное, волшебное развлечение. Собственно, это будет уже не вера, это будут знания. Но знания эти не придут, не возникнут без изначальной веры.
Во сне напрочь отсутствует инерция, и результатами исполнения собственных желаний можно наслаждаться сразу же. То, чего Козырев так стремился добиться наяву, ускорить исполнения «заказа», во сне присутствует изначально. Поэтому не приходится откладывать жизнь в долгий ящик. Или, и того хуже, дожидаться того печального момента, когда исчезнет, потеряет актуальность сама идея, весь смысл воплощения мечты.
Другое важное свойство правильной мысли – внутренняя готовность двигаться к намеченной цели, не замечать препятствия в том смысле, что они не должны оказывать ни малейшего влияния на психологический настрой и на стремление к достижению желаемого. Многие путают данное состояние с самоотдачей, попытками преодолеть все преграды, затратить множество усилий на борьбу с ветряными мельницами. Нет, этого не требуется, нужно как раз обратное: спокойно, но твердо и целеустремленно идти к однажды намеченной цели обычными, размеренными шагами, не прилагая чрезвычайных усилий, не насилуя организм. Любое сверхжелание порождает ненужные завихрения в информационном поле и мешает задать нужную программу.
Представьте, что желаемое уже достигнуто, спокойно ждет вас за поворотом и никуда уже от вас не денется. Начинайте наслаждаться прямо сейчас, ощутите себя владельцем, продолжая двигаться в нужном направлении. Вот тогда воплощение мечты станет неизбежной фатальностью. Только смотрите, тогда уж не передумайте, ибо все равно получите то, что «наколдовали».
– Все то, о чем ты мне сейчас рассказал, практически недостижимо для среднестатистического человека в его обычном состоянии, – скептически заметил Малахов после того, как Козырев подробно описал ему свою технику создания «заказа».
Арсений пожал плечами, как бы говоря: «Ну да, я не спорю, это не просто, но у меня же получается». Однако Евгений Михайлович и не ожидал ответа. Он сразу же продолжил:
– Но в целом я понимаю, о чем ты говоришь. Это действительно возможно, но только посредством длительного обучения и постоянной практики. Древнейшие индийские и тибетские школы с незапамятных времен, гораздо раньше, чем появились остальные религиозные конфессии, учили человека управлять своим телом с целью достижения возвышенного духовного состояния сознания. Вообще говоря, хоть я и не могу назвать себя глубоким знатоком древнеиндийской истории, вся ее философия и культура произрастает из Вед, сборника самых древних священных писаний индуизма. Восточные Веды датируются первым или даже вторым тысячелетием до нашей эры, долгое время передавались устно, в виде стихов и песен, а записаны были гораздо позднее. Источник возникновения Вед пока что является загадкой, известно только, что в Индию их принесли индоарийцы, прибывшие предположительно из Ирана, но кем были, почему направились в Индостан, достоверно неизвестно. В любом случае это была гораздо более развитая цивилизация, нежели те племена, что населяли тогда полуостров. Так вот, на основании Вед возникло несколько ортодоксальных, то есть признающих авторитет Вед, философских школ. Были, конечно же, и другие, которые полагали ровно обратное. В качестве примера первых можно привести школу йоги, а в качестве вторых – буддизм. Несмотря на их, казалось бы, принципиальное отличие, оба этих направления прокладывают путь к освобождению сознания через телесные упражнения. Впрочем, что я тебе рассказываю! Ты же все это прекрасно знаешь из уст нашего дорогого Мусы Бурхана. Сейчас важно не это, а то, что вообще во всех великих восточных культурах можно найти сходные моменты, которые не чужды и нашей теории.