Она же щедро возвращала повсюду вокруг себя переданное ей тепло и заботу. Будто маленькое рыжее солнышко взошло в отдельно взятой квартире и наполнило ярким светом жизнь каждого человека, который попадал в поле ее действия. Дед называл ее принцессой, а отец – «моей маленькой волшебной феей». И никто из них уже не мог представить себе, как когда-то мог жить без этой девчушки.
Долгих девять месяцев микроскопический живой комочек растет где-то совсем рядом, в материнской утробе, и невозможно предугадать, кто же он такой, как будет выглядеть, с каким родится характером, кем станет. А как много зависит от этого! Он может сделать жизнь родителей прекрасной и удивительной, а может превратить ее в сущее наказание. Но если ребенок зачат в любви, рожден в любви и растет в любви, то никогда не сможет разочаровать своих родителей!
– Профессор, я инвертировал нашу пирамиду! – прокричал прямо с порога Козырев, буквально ворвавшись в рабочий кабинет Малахова.
Евгений Михайлович оторвался от какого-то расчета, поднял голову и поправил очки. Положил ручку на стол. Жестом указал на стул.
– Теперь давай, все то же самое, но спокойно и подробно. С чувством, с толком, с расстановкой.
Арсений присел на краешек стула, положил локти на стоящий рядышком стол и продолжил таким же возбужденным, но менее громким голосом:
– Я инвертировал пирамиду! Ну помните, мы вычислили форму, которая создает внутри себя максимальное искривление пространства? Мы еще тогда переживали, что фокус находится слишком близко к вершине, поэтому практически невозможно расположить там сколь-нибудь масштабный объект. Ну если, конечно, не строить еще одну пирамиду Хеопса. Потом Сафин доэкспериментировался до того, что до сих пор лежит в коме.
– Ну помню-помню! Как же, забудешь такое!
– Ну так вот. Посмотрите.
Он протянул несколько исписанных листков. Буквы и цифры плясали вкривь и вкось, строчки располагались под невообразимыми углами друг к другу, многие места были перечеркнуты или вообще замазаны ручкой в сплошные синие пятна, поля пестрели разнообразными пометками. Представлялось немыслимым, чтобы нормальный человек мог разобраться в таком беспорядочном нагромождении формул. Однако Малахов несколько минут внимательно изучал записи. В то же время Козырев пытался устно пояснить свои выкладки.
– Здесь используется одно, скажем так, не совсем обычное математическое преобразование. Я его сам придумал. Для предыдущего решения выполнялась закономерность: чем больше пирамида – тем сильнее эффект. Теперь все наоборот! Резонанс возникает извне и максимальное искривление пространства достигается там же, снаружи конструкции! И эффект нарастает геометрически с уменьшением размеров!
Он сделал многозначительную паузу, наслаждаясь эмоциональной реакцией своего учителя, после чего продолжил:
– И это еще не все. Теперь, внимание, самое главное! Сразу же за границей источника и вплоть до значительных расстояний от него полностью отсутствует градиент! Искривление постоянно! Вы понимаете, что это означает? Сама собой решилась задача, которую поставил перед нами трагический случай с Сафиным. Нет градиента – нет проблем! Пожалуйста, если ты внутри искривленной области, время для тебя течет иначе!
Разговор прервал телефонный звонок. Малахов поднял трубку, а Козырев собрался было выйти, чтобы не мешать, но Евгений Михайлович жестом остановил его. Минут через пять разговор завершился. Профессору потребовалось еще некоторое время, чтобы вернуть мысли к прежней теме.
– Грандиозно! – восхитился он, после того как Арсений повторил свою последнюю фразу. – Осталось только придумать, как попасть внутрь этой области. Ты уже размышлял об этом?
Козырев отрицательно покачал головой.
– Это очень важно, ведь в момент возникновения искривления градиент может быть очень сильным! То же самое, если ты попытаешься проникнуть в уже существующую область извне. Тебе в любом случае придется преодолеть градиент.
– Да ладно, что-нибудь придумается.
– Вот именно. Именно этого я и боюсь! Арсений, нельзя так легкомысленно относиться к проблеме. Я тебе потому это говорю, что прекрасно знаю твой характер. Ты сразу же захочешь все проверить на опыте. Не смей, слышишь меня! Хватит нам одного Сафина! Вспомни свой проигрыш в казино! У тебя жена, дочка, о них подумай! Я тебе запрещаю…