Интуиция подсказывала ему, что именно так оно и есть, а косвенным подтверждением оставались все те же волшебные сны. Он твердо продолжал верить: что возможно во сне, достижимо и в реальной жизни, а следовательно, ему еще есть к чему стремиться. И хотя праздная жизнь неимоверно развратила, разленила его разум, пресытила тело, потенциальная возможность покорения новых вершин оставалась пока еще тем единственным стимулом, который заставлял думать, побуждал к чему-то стремиться и чего-то хотеть. Где-то глубоко внутри него еще жил тот, прежний Арсений Козырев. Едва теплившийся уголек его сильной, целеустремленной личности пока дремал в уставшем теле, надежно укрытый страстями и пороками. Но пока он продолжал тлеть, пусть несильно, едва-едва, задыхаясь в отсутствии необходимого для горения кислорода, все еще оставалась надежда на возвращение. Ведь любая струя свежего воздуха из новых идей и стремлений способна была в один миг снова раздуть пламя, разжечь из этого почти потухшего уголька неистовый душевный костер, уничтожающий все препятствия на пути к великой цели.
Человек, его душа, Бог внутри него сильнее законов природы! Вот какое утверждение могло бы вызвать эту столь необходимую струйку. Да что там струйку, бурю, смерч, ураган! Стоило только Козыреву заметить и надежно зафиксировать для себя факт нарушения физических законов при выполнении своих «заказов», это перевернуло бы с ног на голову всю его пресыщенную, скучную жизнь. Но пока ничего подобного не наблюдалось. А посему он лишь продолжал лениво присматривать за ходом исполнения желаний, с надеждой когда-нибудь, в будущем все же узреть вожделенный эффект, дабы вплотную подойти к эпохальному открытию.
Энергия – все дело в ней! Именно принцип ее минимизации проявляет пред нами тот набор видимых закономерностей, которые пытливые человеческие умы обратили в ранг научных, физических или иных законов, описали с помощью сухого и строго математического аппарата. Материя, бездушная пракрити, реализуясь в строгом соответствии с программой акашапраны, являет нам барьеры, кажущиеся непреодолимыми. Еще бы, ведь именно она и отвечает за чувственные ощущения, за доставку информации, за интерпретацию событий. Злоупотребляя априорными понятиями, этой мнимой, кажущейся очевидностью, она успешно формирует кокон нашей предубежденности. Но для реализации физических законов, законов майи все равно ведь требуется энергия, так почему бы не выделить ее чуточку больше необходимого минимума, и как знать, быть может, тогда отступит гравитация, а пищу и воду можно будет создавать буквально из ничего. Ведь струнам неважно, как именно вибрировать. Колебательная мода струны определяет вид элементарной частицы, те, взаимодействуя друг с другом, создают атомы, атомы объединяются в молекулы, и нате вам, господин человек, получите вещество, материю. Любую. Или чего еще вы там хотели?
Единственное, в чем Козырев продолжал видеть некую безысходность, непреодолимость, так это в управлении ходом времени. Была в его неизменном, упрямом, движении некая фатальная неизбежность. Да, в этом вопросе он, пожалуй, продвинулся дальше прочих, научился разгонять и тормозить локальный участок расширяющейся трехмерной сферы. Но это был предел. Повернуть время вспять, вернуться к прожитым участкам акашапраны не представлялось возможным. Это во сне твоя душа свободна, летает где хочет и создает внутри тебя иллюзию материальной реализации, наяву же ты жестко связан с пространством и не имеешь никакой возможности от него избавиться.