А потом все повторялось снова. Знакомства, встречи, ухаживания, соблазнения. Робкие надежды, что теперь-то уж вот она, та самая. Он приглашал ее к себе, она соглашалась и наутро он снова, в очередной раз понимал, что и к ней он тоже не испытывает более ни малейшего чувства. Абсолютно никакого.
Он спешил к Натали, чтобы рассказать о новой победе и чтобы с горечью констатировать свое очередное поражение. Хотя почему поражение? Что-что, а уверенности в себе как в мужчине подобные приключения несомненно ему добавляли, а следовательно, и цель была достигнута. Но душа страстно желала чего-то большего. Ни с Викой, ни с Сашей, ни даже со Светланой он не испытывал ничего подобного. Впрочем, в случае с Александрой эксперимент нельзя было считать завершенным, ведь он так и не сумел переступить пресловутой грани, разделяющей любовь и дружбу. То же самое происходило и с Натали, разве что с тем отличием, что по поводу нее Козырев никогда еще не ставил себе столь далеко идущих планов.
Ему было хорошо с ней. Легко и комфортно. Он, безусловно, скучал в ее отсутствии, переживал, если они долго не виделись, расстраивался из-за мелких разногласий и ссор. Она нравилась ему как женщина, но он оценивал ее красоту скорее как сторонний наблюдатель. Ему было приятно появляться с ней на людях, льстило внимание к ней со стороны других мужчин. Ему нравилось, что она всегда внимательно прислушивалась к его советам и почти всегда следовала им. Но если раньше он хотя бы теоретически мог допустить, что их отношения когда-нибудь перерастут во что-то большее, то теперь он начал откровенно этого бояться. Он совершенно не хотел потерять единственного, последнего друга из-за очередного, банального и, возможно, не слишком-то впечатляющего секса.
Число завоеванных ими женщин давно перевалило за десяток. И это притом что они с Натали не кидались на первую встречную, не искали легких побед, а скорее даже наоборот, всегда ставили перед собой наиболее сложные и потенциально перспективные цели. Как ученый, хоть и бывший, Козырев начал понимать, что данная ситуация все большее перестает походить на цепь случайных совпадений, а значит, требуется искать разумную закономерность. Тупо продолжать в том же духе не имело более никакого смысла.
Арсений и Натали сидели рядышком перед телевизором на удобном диване в ее квартире. Уютная двушка с добротным, почти европейским ремонтом сдавалась практически за бесценок. Хозяева в средствах не нуждались, имели в Москве другое, гораздо более престижное жилье, и от арендаторов требовалось в основном присматривать за квартирой да поддерживать ее в адекватном, жилом состоянии. К тому же они много времени проводили за границей и были рады избавиться от лишней головной боли в виде неприкаянной недвижимости. Получить подобное предложение, да еще в удобном месте, явилось большой удачей, и без помощи Козырева тут, естественно, не обошлось.
Впрочем, теперь Натали могла бы свободно оплачивать и полную рыночную стоимость квартиры. Как-то слишком уж гладко в последнее время складывалась судьба молоденькой девушки. Она сменила работу, перейдя хоть и на ту же, секретарскую, должность, но зато в очень богатую и перспективную компанию. Там ее очень быстро заметили, оценили. Как нельзя кстати подвернулась подходящая вакансия в отделе рекламы и маркетинга. Девушка проявила интерес к компьютерной графике – ее тут же отправили на курсы повышения квалификации, следом на вторые, затем на третьи. А через пару месяцев у руководства возникли разногласия с ее непосредственным начальником и вот у нее уже появились собственные подчиненные, а также хоть и небольшой, но зато свой ответственный участок работы.
В личной жизни тоже наклевывалось сразу несколько достойных кандидатов, но окончательно девушка пока еще не могла определиться. Каждого потенциального кавалера она в обязательном порядке знакомила с Арсением, и тот давал свое авторитетное заключение. Иногда его поражало, насколько Натали доверяет его мнению. Случайно брошенная им шуточная фраза могла напрочь отвернуть ее от, казалось бы, абсолютно подходящего варианта. Женихи тоже удивлялись их необычному союзу, но вынуждены были мириться с подобным положением вещей. Ибо любой, кто пытался высказываться о ее друге в недоброжелательной манере, или, тем более, возражал против их близкого общения, сразу же получал полную и безоговорочную отставку.
На небольшом сервировочном столике перед ними стоял стандартный набор для вечернего чаепития: пара чашек, большой стеклянный чайник с заваркой, вазочка с конфетами и печеньем, блюдечко домашнего варенья. Козырев теперь часто оставался у нее на ночь, благо помещение позволяло. А иногда, напившись коньяка и болтая до поздней ночи, они так и засыпали рядом, на его диване или в ее кровати. Вот и сейчас, девушка устало склонила свою голову на его плечо и, борясь со сном, вяло пыталась реагировать на его реплики.