Он вспомнил, как впервые пришёл сюда в двенадцать лет. Сгорбленный подросток с бешеным зарядом гормонов, угловатым и неуверенным в себе. Как он набрасывался на грушу яростно и бездумно колотя по ней.
Теперь всё повторялось, но иначе. Перчатки отца били по его рукам, но он не злой, а сосредоточенный. Каждое движение — мысль, каждое движение — реакция. Внутри клокотало напряжение, смесь усталости, азарта, странного возбуждения.
И в этот момент в голове мелькнула Эллина. Её волосы, запах шампуня, мягкая тяжесть на его коленях утром. Как она доверилась ему, как позволила быть рядом. Сердце вдруг сжалось от странного контраста: кулаки на перчатках и мягкость её головы, дыхание, которое он всё ещё помнил.
Он пропустил удар, но не ослабил хватку. В голове крутился вопрос: почему он так переживает за неё?
– Дёма, – голос отца прорезал мысли, – сосредоточься!
– Я… – попытался что-то сказать, но в груди ком, кулаки сами сжались, тело инстинктивно напряглось, он слегка напряженно выдохнул полной грудью.
Отец ухмыльнулся, не отпуская темпа, и Демьян понял: спарринг — это не просто проверка силы. Это тренировка контроля, выдержки и реакции. И как в зале, так и с ней — каждый неверный шаг может иметь последствия.
Время слилось в ритм ударов, дыхания и вспышек боли, когда одна правая чуть не задела подбородок. Но внутри всё становилось легче. Злость, паника, тревога — всё смешалось и превратилось в топливо.
Он вспомнил, как её глаза смотрели на него после драки в клубе. Страх и доверие одновременно. И теперь он чувствовал: каждый удар, каждая реакция в зале — это подготовка. Не только к сопернику, но к ней, к тому, чтобы быть рядом, когда нужно.
Окончательный удар пришёл, когда отец сделал выпад, а Демьян увернулся, отбросив назад кулак, и — впервые за долгое время — почувствовал удовольствие от контроля. Сердце билось быстро, дыхание тяжело, но в груди был странный ритм, похожий на утреннее спокойствие только усиленный адреналином.
– Ну что, Старик, – сказал Демьян, с улыбкой сквозь пот, – кажется, хватка ещё не совсем растеряна?
Отец рассмеялся, хлопнув его по плечу.
– Вот так, мой мальчик! Так и продолжай! – сказал он, и на мгновение в зале воцарилась лёгкая тишина между ударами. – И это только начало.
Демьян стоял, снимая бинты и в голове мелькало: «Если я смогу справляться здесь, с кулаками, я справлюсь и с её страхами, со своими страхами.».
Демьян откинулся на скамью, пытаясь отдышаться, но руки всё ещё дрожали от напряжения. Отец смахнул с лица пот и посмотрел на него с той же лёгкой ухмылкой, которая всегда сочетала гордость и упрёк.
– Молодец, Дёма. Чувствуешь разницу с тем, что было раньше? Полегчало? — спросил он, снимая перчатки.
Демьян кивнул, хотя мысли у него были совсем не о спарринге.
– Кажется, я начинаю понимать, – пробормотал он сам себе. – Почему ты так много времени раньше тут проводил…
Отец усмехнулся, заметив блеск в глазах сына.
– Спарринг — это не просто физическая сила, – сказал он. – Это умение держать себя, когда внутри всё кипит. Именно этому зал учил тебя. Помнишь, как первый раз встал напротив меня, весь взвинченный? И посмотри, кем ты вырос!
– Тогда я думал, что сила — это кулаки, — подумал он, — а оказалось, что сила — это холодный расчет.
Он встал, встряхнул руками. Он снова посмотрел на отца, и внутреннее напряжение начало утихать.
– Завтра снова? – спросил он, почти без сомнений, хотя в груди всё ещё билось ощущение азарта и лёгкой тревоги.
– Завтра? – удивился отец. – У тебя разве не репетиция? Ты можешь приходить сюда когда хочешь, главное не забывай Старика.
В мыслях Демьяна мелькнула репточка. Он понял, что возможно, все были правы и пора делать следующий шаг, а главное он знает родители были для этого опорой.
Уже дома Демьян сел на край кровати, телефон в руках. Он уже пятнадцать минут смотрел на экран, пытаясь придумать, как начать. Сообщение было простым, почти глупым, но в голове крутилось тысячу вариантов: слишком много? Слишком мало? Стоит ли вообще писать?
Наконец, пальцы решились. Он открыл чат.
Демьян: «Привет...»
Пустой экран. Две точки рядом с именем Эллина — «печатает»? Нет. Только тишина.
Он сжал телефон чуть крепче, затем резко вдохнул и продолжил:
Демьян: «Я… хотел сказать, что вчерашнее… спасибо в общем.»
Отправка. Сердце колотилось, будто он снова стоял на ринге ожидая удара. Телефон завибрировал.
Эллина: « …за что?»