На балу показалась Лилиан.
Она была в прекрасном черном платье отлично подчеркивающее ее фигуру. Золотистые швы гордо обрамляют ее талию а феникс, сверкающий на груди, отражался в глазах каждого человека на балу. С непривычки шаркая черными туфлями она вышла на центр зала, как ее попросил Саррион.
- Помолчите пять минут, - перебил разговор Саррион, увидев Лилиан еще на выходе в зал. Он встал и пошел в центр, одним жестом усмирив возражения, блистающие в глазах Виолы.
- А парень не промах, мы для него будто обычные гости – улыбнувшись, сказала Виола.
- Он не способен почувствовать нашу магическую энергию, так что эт о нормально - возразил ей Милдред.
- Вы не правы, он чувствует, хоть и не осознает этого. А смелости ему предает миссия, которая, видимо, поважнее нас с вами – подметила она.
Саррион вышел на встречу Лилиан и во все услышанье объявил загулявшимся гостям.
- Минуточку внимания!
- Хотели же по тихому все сделать? - сказала ему шепотом Лилиан.
- Доверься мне… - ответил он на ожидаемый вопрос - Дорогие гости, сегодня, как я и говорил в начале, я вас обманул. Но пришло время показать вам правду, вот она во всей красе, потрясающая...
Лилиан схватил Сарриона за рукава, но его было уже не остановить, и он мягким движением опусти свою руку на ее ладонь и вместе со свое поднял вверх.
- Лилиан! У нее сегодня день рождения! И я поздравляю нас с вами, все правильно, именно всех нас, с таким чудесным днем, что она появилась на свет. Эта добрая, честолюбивая, красивая, прекрасная девушка. Я не особо красноречив, но хочу сказать вам одно, как говорил всем до сего дня. Многие считали ее ребенком демонов, проклятой, нечестивой. Так вот, пусть все развеют свои пустые домыслы и узнаю ее с лучшей стороны. Выпьем же за это!
Воцарилась тишина, Лилиан аккуратно взялась за ручку деревянного меча, Саррион обнял ее и шепнул на ухо.
- Дай мне убедиться, что хоть что-то в жизни я делаю не зря.
Из за дальнего стола встал мужчина, это был глава таверны «куда-нибудь», он подошел к сцене, поклонился Лилиан и , повернувшись у сцене сказал.
- Мы все считали, что магия опасна, да и, признаться честно, я до сих пор так считаю. - посмотрел он на потолок. - Что на счет Лилиан… Она всегда платила за все счета у меня в таверне, а вы знаете закон наш. Плата ложиться на всех: вельможу, воина или же рабочего. Да, я поначалу опасался ее, но она никогда не грубила без причины, ничего не разбивала в отличие от некоторых - окинул он взглядом половину сидящих. - Была тихой, да и что скрывать, к симпатичным девушкам я всегда был неравнодушен. Много с кем из вас я общался, иногда поддавался мнению толпы, пытался побыстрей ее спровадить, чтобы не вредить бизнесу. Но сейчас я от своего лица, и от лица таверны "Куда-нибудь" говорю, что пора бы переосмыслить наше отношение к ней. С того самого дня, как этот бедолага устроил балаган в нашем баре.
- Вообще то это был Риг.
- Помолчи мальчишка. С того дня как он заступился за нее, я подумал, что и нам пора бы уже стать людьми. Мы не любим демонов за то, что они бесчинствуют на наших землях, а сами лучше? Когда даже простую девушку уберечь не можем.
- А что делать с ограбленными торговцами? Им ее тоже простить? - крикнул парень из купеческой гильдии.
- Много ли она у вас украла?
- Не много, но закон для всех один!
Саррион смотрел на ошарашенную Лилиан, которая окончательно потеряла понимание происходящего.
- Сегодня мы восстановим твое доброе имя - сказал он уверенным пронзительным тоном, что по всему телу Лилиан пробежало странное чувство, заставив ее опустить взгляд. Затем он обнял ее одной рукой и вышел вперед, где стоял глава таверны.
- Ты, ты, вы, вот еще вы, или вы, или вон тот столик молодых людей, и , кажется еще пара десятков людей. Что вас всех, казалось бы, объединяет? Скажите мне? - громко заявил Саррион. - За это время я много кого узнал. Вы в большинстве своем прекрасные люди, добрые, отзывчивые, понимающие. Да, не без тараканов, конечно, но все мы на то и люди, что не идельны. Но всех вас обьединяет то, что когда то к вам пришла обычная девушка, готовая выполнять любую работу. И что вы сказали ей? Вы сказали ей нет. Даже не узнав ее, не поняв ее, не вглядываясь в суть. Вы лишь верили своим заблуждениям и при виде ее прекрасных глаз поджали свои хвосты. Репутация, недоверие, необоснованная ненависть проникли в ваши головы и вы вышвырнули ее за порог, и поверьте мне, этот город не единственный. Что ей оставалось делать? Умереть в канаве от голода?