— Жизнь удивительная штука, никогда не знаешь, куда тебя закинет судьба. Я не хочу задаваться вопросом, как это случилось. Я очень счастлив, что это вообще произошло. Долгое время я был вдали от дома, своей семьи и теперь узнал, что у нас пополнение... Я просто хочу насладиться этим. — Он посмотрел на меня так, будто уже видел мою кончину, его взгляд издевался надо мной и он совершенно этого не скрывал.
— Семья – это прекрасно. Семья – это крепкие корни, переплетённые воедино. Пока корни живы – дерево будет жить и сочиться энергией. Я так рада, что и у моего сына появилась такая крепкая связь. Кстати Алиса, Миша ещё не говорил, когда будет свадьба? — Этот внезапный вопрос, выросший из монотонной болтовни, заставил меня поперхнуться.
— Свадьба? Какая свадьба? — Спросила я в недоумении.
— Ого, свадьба... Прими мои поздравления сестрёнка. — Его издевательские ноты в голосе, только поднимали во мне жёлчь.
— Элона, мы пока не говорили об этом и вообще, мне кажется, что ты слишком торопишь события.
— Ну почему же? Мне кажется сейчас самое время обсудить это. Миша уже перевёз вас к себе, теперь это и ваш дом тоже, к тому же после свадьбы он сможет усыновить Рому. Разве это не прекрасно?
Что она пытается сделать, я не понимаю? Она хочет вывести Вову из себя, хочет, чтобы он сорвался и всё разрушил?
Я смотрю на Элону и безмолвно умоляю её прекратить этот разговор.
Но эта женщина, как танк, готовый раздавить своих врагов. И теперь Вова её враг номер один. В её глазах он угроза, а значит его нужно устранить, морально или физически. Только вот она не понимает, что тем самым она вредит и мне, он будет отыгрываться на мне и только Богу известно на что он способен.
— Я думаю мы закончили на сегодня, Вове уже пора. — Нет смысла продолжать эту нелепую беседу.
— Да, мне уже пора, работа не ждёт. Спасибо большое за чай, всё было великолепно, — он посмотрел на меня. — ты не проводишь меня, сестрёнка?
Я молча встала из-за стола и направилась к входной двери, чувствуя на себе прожигающий взгляд Элоны и надеясь, что Вова последует за мной беспрекословно.
— Рома, мы с тобой толком так и не познакомились, — услышав это, я резкоразвернулась — но у нас ещё будет время наверстать упущенное.
Вова присел рядом с сыном, тихо о чём-то беседуя. Не хотя того, чтобы Вова сказал, что-то лишнее, я подошла к ним ближе, напрягая свой слух до предела возможностей.
— А ты похож на меня. — Заявил Вова.
— Неплавда, все говолят, что я похож на дядю Васю!
— Да, есть немного. Мы с твоим дядей раньше были лучшие друзья, знаешь?
— Да? А сейчас, что? Не лучшие? — Вова усмехнулся.
— Сейчас мы уже взрослые. Быть взрослым очень сложно. Твой дядя уже не считает меня другом и я сам в этом виноват. — Столько правды и столько боли в этих словах.
— А меня он любит. Мы часто встлечаемся и иглаем, он катал меня на большой машине и на лыжах учил и даже на лошади!
Это правда. Несмотря на наши прошлые ссоры и разногласия, когда на свет появился Рома, Вася начал оттаивать ко мне. Мой брат души не чает в племяннике, очень часто навещает нас, постоянно с подарками, всегда старается провести больше времени с Ромой и подарить ему новые, положительные воспоминания. Брат уже год живёт с девушкой, дело идёт к свадьбе и я этому очень рада, но детей они пока не хотят, зато всё родительское внимание уделяют моему сыну.
— Это прекрасно. Дядя Вася очень хороший, он всегда будет тебя защищать... и я тоже.
— Ты же тоже мой дядя, да?
Долгая, мёртвая тишина и лишь моя способность к эмпатии, заставляет меня чувствовать нотки сожаления и обиды.
— Я буду твоим плечом, твоим защитником, я буду всем для тебя, дорогой...
— Вова.., — я их прервала — идём, тебе пора.
— Пока дядя Вова!
— До свидания, дорогой. — Он встал в полный рост и стремительно направился к выходу.
Его энергия и язык тела говорили мне. Нет. Кричали, чтобы я пошла с ним, иначе эти стены обрушатся мне на голову.
Выйдя на улицу, он схватил меня за руку и пошёл на задний двор, а я лишь плелась за ним, как тряпичная кукла.
На заднем дворе дома, располагалась красивая беседка, из резного дерева, аккуратно выкрашена в белый цвет. Мы с Мишей ещё ни разу ею не пользовались, но я уже предвкушаю тихие, семейные вечера втроём.
Вова завёл меня внутрь и встал напротив. Я никогда его не боялась, я всегда знала, что он ничего мне не сделает, но сейчас... Сейчас мне правда страшно. Сейчас я бы не хотела быть здесь, с ним, один на один.
— Значит так. Я не позволю вам лишить меня сына, я сделаю всё возможное и невозможное, но я буду ему отцом, хочешь ты этого или нет. — Он смотрел на меня, лишь изредка отводя взгляд в сторону, будто старался не сорваться. — И ты поспособствуешь этому.
— Ни за что.
— Ты сделаешь. Сделаешь, потому что иначе твой благоверный умрёт.
Меня будто оглушило.
Он правда это сказал? Он сказал, что убьёт Мишу?
"Он мухлюет, просто хочет тебя запугать, чтобы ты ему подчинилась."
— Ты лжёшь. Ты не сделаешь этого.
— Ты так думаешь? Ты действительно думаешь, что я не убью за то, чтобы вернуть себе сына.., тебя? — Его голос, тихий, уверенный и... правдивый. — Я потерял всё, свою семью, друзей, тебя. Но я создам это заново и ты мне поможешь, если не хочешь, чтобы тот, кого ты так усердно защищаешь сдох, как ему и положено.
Разум в тумане, глаза застилает пеленой слёз, но я не дам им пролиться, он не увидит страха.
Вова продолжает, что-то говорить, но я уже не слышу слов. В ушах звенит, а сердце отдаёт удар за ударом, в каждой частичке моего тела.
Как он может так говорить? Это уже не тот человек, которого я любила, которому доверяла свою жизнь. Он изменился и теперь я уверена – он способен на большее, чем убийство.
Самое отвратительное то, что я чувствую вину. Вину за то, что приложила руку к тому, кем он стал. Я тоже ответственна за создание в нём монстра.
Из-за всего ужаса, что сейчас кружит в моём сознании, я даже не услышала, как к дому подъехала машина.
— Твой приехал. Беги, прыгни к нему в объятия, расскажи всё, может он тебя пожалеет. — С каждым словом, его тон становится всё более издевательским и отвращающим.
— Я тебя ненавижу. — Прошептала я.
— Запомни это чувство, любовь моя.