– Мне так жаль, Тай! – расстроено бормотала она в телефонную трубку. – Прямо какие-то обстоятельства непреодолимой силы!
Он молчал. Что тут скажешь? И в самом деле, не сообщать же ей в очередной раз, что творцом этих обстоятельств была она сама! Это замужество было необходимо ей примерно так же, как его бабушке радикулит.
Черт возьми, он просто соскучился по ней! Он изголодался за эти две недели и весьма банально и низменно хочет ее. В конце концов, ему тридцать два, а не семьдесят, и он имеет полное право на полноценный регулярный секс. Поэтому утром он первым же рейсом вылетит в Нью-Йорк, шуганет мальчишку и затянет Алекс в постель. Невзирая на обстоятельства. Даже непреодолимой силы.
Воображаемая картина была столь яркой, что Тайлер даже зажмурился от удовольствия.
– …Эй, приятель, да у тебя стакан давно пустой! – ворвался в его грезы жизнерадостный голос с ирландским акцентом.
– Он медитирует, – негромко хмыкнул Джей, с усмешкой глядя на Тайлера.
– С вами и уснуть недолго, – пробурчал он. – Все равно ни хрена не понимаю, что вы там обсуждаете.
– Тебя Кэм с собой звала, что ж не согласился?
– Сам танцуй свою девушку! – огрызнулся Тайлер и заглянул в стакан – и правда, пустой.
– Надо восполнить! – тут же отозвался Нолан. – Может, в бар спустимся? Да и дамы давно одни, непорядок!
– Так они и не одни, – глубокомысленно заметил Тайлер, занимавший стратегически более выгодную позицию и имевший лучший угол обзора. – Возле них уже полчаса два хлыща вьются.
– И ты молчал? – выворачивая шею, возмутился Нолан и, обнаружив несанкционированное внимание, темпераментно пообещал: – Ноги повыдергиваю!
Пока спускались, пока огибали толпу, выяснилось, что применять угрозу не к кому – дамы и сами неплохо справились. Во всяком случае, вскоре они обнаружились у бара, одни, раскрасневшиеся и ощутимо захмелевшие.
– Кошка, да ты в стельку пьяная! – изумился Нолан, разглядывая подругу.
Та засмеялась, тряхнула волосами, пошатнулась и тут же нелогично возразила:
– Я не пьяная! Пошли потанцуем, Нолан, а? – она схватила своего ирландца за руку. – Ну, пошли, ты так хорошо двигаешься!
Потягивая очередную порцию виски, Тайлер наблюдал, как они пробираются к центру танцпола, как Нолан останавливается и рывком разворачивает к себе девушку, уверенно ловя губами ее губы, как она с покорной нежностью замирает в его руках, самозабвенно отдаваясь во власть поцелуя. Чужая страсть возбуждала, и Тайлер не торопился отводить глаза, пока не почувствовал рядом еще один взгляд. Слегка наклонив голову так, что длинные волосы скрыли почти половину лица, Джей смотрел на таявшую в объятиях другого мужчины девушку тяжелым и жадным взглядом.
* * *
И никаких чудес не случилось. Интервью закончилось ровно тогда, когда должно было закончиться, а никак не раньше, и самолет вылетел по расписанию и лететь быстрее никак не желал. Она опаздывала, понимала это, дергалась и нервничала добрую половину пути, но в конце концов смирилась с неизбежным. Так или иначе, в случившемся ее вины не было.
Подобно прилежным студентам-отличникам они вызубрили ответы на все восемьдесят вопросов. Самыми легкими оказались бытовые моменты. Все-таки они жили в одной квартире и без труда могли назвать цвет шкафа в прихожей или указать, где именно на кухне располагается мусорное ведро. Гораздо больше оказалось вопросов интимного характера.
– Ну вот, а ты твердишь, что разгуливать в нижнем белье неприлично! – хмуро заявил Фабьен в ответ на вопрос о цвете белья супруги. – А я, между прочим, визуал, я так лучше запоминаю! И вообще, что это за цвет? – ткнул он пальцем в разложенное на кровати наглядное пособие.
– Фисташковый.
– А нельзя сказать «зеленый»? Мало ли, может у меня с цветовосприятием проблемы?