Финал затеянной вчера поздно вечером грандиозной стирки она проспала, и выстиранное белье весь сегодняшний день благополучно сохло, не покидая стиральную машину, которая так некстати располагалась на кухне.
– Фабьен! – крикнула Александра, отжимая волосы. – Принеси мне полотенце!
Спустя несколько минут за дверью послышались шаги, и Алекс поспешно укрылась за матовым стеклом душевой кабины, предусмотрительно выставив руку.
– Спасибо! – поблагодарила она смутный силуэт.
–- Пожалуйста! – любезно ответили ей.
Оцепенев, Александра осторожно выглянула наружу.
– С легким паром! – поприветствовал ее Тайлер и уселся на закрытую крышку унитаза.
* * *
Клубный тур, их первый полноценный и относительно самостоятельный тур, подходил к концу. Оставалось лишь несколько выступлений на Восточном побережье, а потом короткий перерыв перед Лондоном.
В Филадельфии Тайлер несколько смущенно, но твердо заявил Джею:
– Я сам доберусь в Атлантик-Сити.
– Что? В каком смысле? – нахмурился было тот, но быстро догадался: – Ах, Нью-Йорк…
– Здесь езды – полтора часа от силы.
– В противоположную сторону.
– Да у нас сутки до следующего выступления!
– Ну так езжай, если уж приспичило! – раздраженно проговорил брат. – Что ты у меня разрешения спрашиваешь!
– Я не спрашиваю, я ставлю в известность, – терпеливо пояснил Тайлер.
Джей, дернув плечом, молча поднялся в автобус. Тайлер провел взглядом его выразительно-недовольную спину и, затянувшись в последний раз, затушил сигарету. Усевшись за руль наспех арендованной колымаги, он аккуратно тронулся с места, искренне надеясь, что автомобиль не развалится где-нибудь на трассе. Искать что-то более приличное у него не было времени. Тайлер очень торопился.
У дурного настроения Джея были свои причины. Два дня назад об уходе из группы объявил Кевин. Потеря была не фатальной, но неожиданной и чувствительной. Он был отличным товарищем и талантливым гитаристом, но оказался не готов к тем проблемам, которые возникли в связи с их плотным гастрольным графиком. Понятное дело, Джей нервничал. Через месяц их ждал тур с Incubus, а до его начала необходимо было найти нового сессионного музыканта. Или справляться самим.
Это было совершенно сумасшедшее время. Время пробудившейся и все более крепнувшей веры в правильность выбранного пути, время первого успеха с дурманящим предвосхищением грядущей славы, время неистовой надежды и веры в то, что и они, наконец, обретают свое законное место под солнцем. Их все еще трясло на сцене от волнения, перераставшего в бешеное возбуждение во время выступлений. Они были чудовищно косноязычны в тех немногочисленных интервью, которые приходилось давать, не знали толком, куда смотреть и куда девать руки, поэтому отдуваться за всех приходилось Джейдену, легко переходившему в режим «медийная персона». Тайлер просто диву давался, как его, в общем-то, довольно сдержанный братец, лучась обаянием, многословно и обстоятельно отвечает на шаблонные вопросы, ухитряясь при этом повторять одно и то же абсолютно разными словами.
Они учились общаться со своими поклонниками, которых Джаред гордо именовал Storm Army, исключительно с помощью музыки. Получалось не у всех и не всегда. Слепое обожание в глазах молоденьких девочек, чего греха таить, кружило порой голову.
Тайлер поморщился, вспоминая недавнюю автобусную вечеринку. Смущенная неловкость Брайана и Кевина до первых глотков виски, уже привычная развязность Эйба и брезгливая отчужденность Джея. Сам он никогда не участвовал в подобных развлечениях, однако развлекаться другим не мешал.
В тот вечер их слегка занесло. Слишком много алкоголя, поэтому и остались в памяти не столько события, сколько ощущения. Правда, ту девицу он запомнил хорошо. Смуглая и темноволосая, вся состоящая из идеальных изгибов и выпуклостей, плотно обтянутых облегающей одеждой, она приковывала всеобщее мужское внимание пластичностью и навыками опытной стриптизерши. Ее немного ленивые, но такие профессионально выверенные движения были наполнены сладостным обещанием. Ее хотелось попробовать. И он не стал отказывать себе в этом удовольствии.
… Тайлер опустил стекло до упора и высунул в окно руку, ловя прохладу. Но даже встречный ветер был горяч. До Нью-Йорка оставалось чуть более тридцати миль.