– Прошу прощения! – включая дежурную улыбку, произнесла она.
Молодой человек стремительно обернулся, и Алекс почувствовала, как примерзает улыбка к губам. Прищуренными серыми глазами смотрело на Александру ее прошлое.
Конец I части
Часть 2 "Эдгар" Глава 12
Она столько раз видела их встречу в своих мечтах и снах, столько раз с упоением мысленно разыгрывала один и тот же сценарий, в котором менялись только локации, что, казалось, случись эта встреча наяву, и услужливая память подскажет не только отточенные, остроумные реплики, но и продуманные до мелочей жесты и позы.
Ничего подобного. Отказал не только язык, но и моторика. Александра стояла, беспомощно опустив руки, не двигаясь с места, потрясенная, растерянная и безмолвная. В голове взбесившимся кузнечиком сигали обрывки мыслей: «Не может быть… Этого просто не может быть. Сегодня… сейчас… здесь… Девять лет прошло… о, боги!» Разумеется, весьма кстати она вспомнила, что на лице у нее ни грамма косметики, и нос со скулами, не спасенные солнцезащитным кремом, лущатся, поджаренные на скале, и волосы без всякого намека на прическу собраны в небрежный хвост. И любимые бриджи любимы, пожалуй, уже чересчур долго и начинают топорщиться на коленях, не говоря уже о воротнике футболки поло, основательно вытертом ремнем фотоаппарата.
А он смотрел на нее, сохраняя на лице хорошо знакомую чуть отстраненную полуулыбку, которая с каждой секундой становилась все более напряженной, пока не исчезла совсем. Узнал…
– Просто невероятно! – прошептал он, качнув головой.
– Сюрприз, – согласилась Александра и мимоходом удивилась тому, что голос не вибрирует подобно натянутой струне, а вполне спокоен и ровен.
– Саша…
Она пожала плечами и с улыбкой развела руки, как бы говоря: «Что поделаешь, это действительно я». Александра уже вполне овладела собой, и наблюдать его растущую растерянность доставляло ей какое-то мстительное удовольствие.
– Поверить не могу!
– Отчего же? Я так изменилась? – вырвалось у нее прежде, чем она сообразила, каким неумным кокетством это может выглядеть в его глазах.
– Изменилась? – переспросил он. – Наверное… То есть определенно изменилась. Просто я… – он провел ладонью по короткому ежику волос на голове, явно пытаясь оправиться от потрясения, – я не ожидал встретить здесь тебя. Алекс Арно? Что это… звучный псевдоним?
– Ну можно и так сказать, – туманно ответила Алекс. – Согласись, звучит лучше, чем Александра Замятина. Есть в нем что-то такое… французское, привлекательное для вашего американского уха.
– Еще бы, – согласился Эдгар, – я даже представить себе не мог, что Алекс Арно и ты – одно лицо.
– Я тоже не думала, что увижу тебя в своей студии. Актерское портфолио, Эд? Серьезно? Ты подался в лицедеи? С дипломом Принстона?
– Диплом, конечно, серьезная помеха. Но, – он сделал страшные глаза, – я никому не говорю.
Он явно не был настроен на объяснения.
– А ты все-таки добилась своего, – Эд обвел глазами студию. – Твоему отцу так и не удалось сманить тебя в медицину? Мне казалось, он возлагал на тебя серьезные надежды. Я помню, как он постоянно твердил о твоих маленьких и чутких руках.
Александра опустила глаза, разглядывая свои пальцы. «Руки хирурга», – повторял отец, сокрушаясь, что дочь не только не испытывает никакого интереса к делу всей его жизни, но и яростно протестует при малейших попытках давления.
– Папа умер, – неожиданно для себя произнесла она. – Шесть лет назад. Почти сразу после получения гражданства. Неоперабельная опухоль.
Эд перестал улыбаться.
– Прости, – негромко произнес он. – Я не знал.
«Не хотел знать, – мысленно безжалостно уточнила Александра. – Ты слишком легко забыл о моем существовании, вычеркнул из своей жизни… А теперь появился вновь».
Она едва переборола в себе желание зажмуриться и тряхнуть головой – а вдруг он исчезнет, развеется фантомом? Вместо этого широко и ненатурально улыбнулась.
– Ну что ж, мистер Миллер, наша студия к вашим услугам. Полагаю, нам следует уточнить некоторые моменты.