Настоявшись под душем до лёгкого головокружения и ватных ног и вымыв, впервые за долгое время, волосы до скрипа, Александра с лёгким сожалением выбралась из душевой кабины. Завернувшись по привычке в полотенце, она резвой трусцой побежала наверх. И хотя в квартире потеплело, Александра по опыту знала, что выше 64 градусов (18 градусов по Цельсию) ночью температура не поднимется. Обрядившись в имевшуюся для таких случаев тёплую пижаму, она с блаженным вздохом забралась под одеяло. Всё – завтра. Встречи, вопросы, обсуждения и решения. Завтра. Она дома.
На следующий день её разбудил звонок Саула.
– С возвращением! – поприветствовал он её. – Как самочувствие?
– Сплю, – сообщила Александра, не открывая глаз.
– Это хорошо. Это правильно. Свойство здорового организма, – одобрил он и тут же поинтересовался: – В офис подъедешь?
– Можно потом? Ну, после обеда?
– А как же, конечно, после обеда!
Почувствовав в его словах подвох, Александра разлепила глаза и взглянула на будильник, стоявший на прикроватной тумбе. Вздохнула – утро закончилось часов шесть назад, и даже «после обеда» неумолимо приближалось к статусу «перед ужином».
– Дашь мне час? – попросила она.
– Не торопись. Ещё достаточно времени, чтобы уладить формальности. Мы тебя ждём.
Они действительно её ждали. Причём прямо в холле первого этажа – скромная толпа коллег во главе с шеф-фотографом Саулом Файгенбергом.
– Алекс! – взвизгнула Мэнди, бросаясь Александре на шею.
Её мгновенно окружили, приветственно загалдели, тормоша и тиская. Не ожидавшая столь горячего приёма, Александра ошарашенно кочевала из одних объятий в другие, пока не обнаружила, что Уолтер с самым невинным видом заходит на второй круг. Расхохотавшись, она оттолкнула его приветственно раскинутые руки.
– Баста, салаги! – объявил Саул и хлопнул в ладони. – Поехали.
– Куда? – удивилась Александра.
– На десятый, – коротко сообщил шеф и пошёл к лифту.
Все дружно потянулись за ним.
– Зачем нам на десятый? – обратилась Александра к Уолтеру.
– Традиция, однако, – усмехнулся тот. – С боевым крещением, подруга. Теперь ты человек Саула. Со всеми вытекающими.
– В смысле? – ничего не поняла из объяснений Александра.
– В том самом, – пожал плечами Уолтер.
Яснее не стало, но чтобы не выглядеть совсем уж дурой, она промолчала.
Конечным пунктом их движения оказалось кафе на десятом этаже, которое после шести часов функционировало как бар. Немногочисленные посетители с любопытством разглядывали шумную компанию, тесно облепившую барную стойку. Когда все немного угомонились, Саул постучал ножом по бокалу с виски, призывая к тишине.
– Коллеги! Соратники! – возвестил он. – А также все примкнувшие. Мы собрались здесь совсем неслучайно…
Александра слушала эмоциональную речь Саула, посвящённую исключительно её персоне, и ловила себя на мысли, что никак не может осознать реальность происходящего. Всё виделось ей словно на экране: уютный полумрак бара с негромко звучащей музыкой, знакомые лица коллег, бурно реагирующих на слова шефа аплодисментами и звоном стаканов, и она сама, механически улыбающаяся, произносящая какие-то фразы в ответ. Её сознание никак не могло свести воедино окружающую действительность и её саму в ней.
Саул опустился на стул рядом.
– А вот теперь – с возвращением! – он коснулся её бокала своим.
Александра улыбнулась:
– Спасибо. Я даже как-то и не ожидала.
– В нашем дружном коллективе есть свои традиции. – Саул отхлебнул виски и спросил: – Как ощущения, Алекс?
Александра некоторое время молчала.
– Странные, – наконец призналась она. – Понимаешь, я ведь дни считала до своего возвращения. А теперь я не понимаю, ни где я, ни, как бы это странно ни звучало, когда я… Мне кажется, что я сплю и снова проснусь в своём номере в «Кабул Стар отель». Всё вокруг какое-то нереальное: такое количество людей на улицах, сами улицы без блокпостов, без сожжённой техники на обочинах… Эта никогда не замирающая жизнь, бесконечное движение. Я собиралась сейчас дома и поймала себя на том, что повязываю голову шарфом. И делаю это совершенно машинально, привычно. Это нормально?