– Эд, ты просто произведение искусства!
Он со свистом втянул воздух, перехватил её запястья, и в следующую минуту им стало не до разговоров.
Утро началось с заполошного метания по комнате и судорожных сборов. Разумеется, они проспали и подхватились только тогда, когда предусмотрительный Доминик замолотил в дверь номера. Наскоро приведя себя в порядок, они выскочили из отеля.
В минивэне собралась компания из четырёх человек. Со всеми Александра была знакома в одностороннем порядке, но не без оснований полагала, что благодаря довольно ухмыляющемуся Доминику и её здесь уже неплохо знали.
– Доброе утро! – нестройным хором ответили коллеги на их приветствие.
– Как спалось? – тут же участливо поинтересовался Доминик.
Эдгар молча натянул ему козырёк бейсболки на нос. Тот ничуть не обиделся и, вернув бейсболку на место, подмигнул Александре.
– Это Алекс, моя девушка, – представил её Эдгар, двумя словами обозначив и закрепив Александрин статус.
К ней потянулись руки.
– Роберт, лучше Роб, – худощавый мужчина среднего возраста, харизматичный маньяк, убийца и насильник в шоу.
– Амори, – улыбчивый крепыш, тот самый «русский» амиго-пуэрториканец, импульсивный и темпераментный «сахарок» Сукре.
И, наконец:
– Сара.
Александра приветливо кивнула. Красивая. Такая же красивая, как и на экране, несмотря на минимум косметики. Зелёные глаза с лёгкой раскосинкой, матовая нежная кожа, каштановые блестящие волосы, собранные в простой хвост. На губах нейтральная улыбка. И внимательный, по-женски оценивающий взгляд. Доктор Танкреди, экранная возлюбленная Эда.
Александра повернула голову, встречаясь с Эдом глазами. Он улыбнулся одной половинкой рта, как умел только он один, не стесняясь, взял её за руку, переплёл пальцы. Она опустила ресницы. Нет, возлюбленная не Эда, а всего лишь Майкла Скофилда.
– Ну что, – обернулся с переднего сиденья Доминик, – погнали?
Перелёт до Буффало занял полтора часа, которые Александра благополучно проспала. На контрасте с хмурым ветреным Чикаго город встретил путешественников ярким, совсем не ноябрьским солнцем, и вполне комфортной температурой в 50°F (10 градусов по Цельсию).
– Да, а погода-то какая… позитивная, – сказал Доминик, задумчиво глядя на небо. – Как бы там аншлага не было!
– Переживаешь за свою узнаваемую персону? – засмеялся Амори, одновременно прячась за солнцезащитными очками.
– Не переживаю, времени жалко.
– Высокий сезон закончился, – сообщил проштудировавший официальный сайт Роберт. – Так что наплыва туристов не ожидается. Куда отправимся? Может, сразу в Канаду? А с американского берега вечером посмотрим, когда подсветку включат.
Спорить не стали.
– Так, граждане, надеюсь, среди нас нет неграждан? – спросил Доминик. – Во избежание недоразумений на границе?
Неграждан не нашлось, и они гомонящей толпой двинулись разыскивать каршеринговый бус, который, по словам Доминика, был «где-то здесь». Всю дорогу от Буффало до американского Ниагара Фолс подкованный Роберт просвещал благодарную аудиторию на предмет разнообразных фактов, касающихся Ниагарского водопада. К примеру, что Ниагара, строго говоря, это каскад из трёх отдельных водопадов, что вместе с водой вниз падает и рыба, но почти 90% её выживает благодаря своеобразной подушке из пены, которая образуется у подножия бездны, что следовать примеру рыбы не стоит, так как за несанкционированную попытку спуска придётся заплатить штраф в десять тысяч долларов. Если, конечно, удастся остаться в живых. И что стоять рядом с водопадом и оставаться при этом сухим невозможно, так как воздух здесь буквально пропитан мельчайшими частицами воды.
– Хм, – приподняла брови Сара.
– Там выдают дождевики, – успокоил её Эд.
Александра покосилась на лежащую на коленях камеру. Её верная боевая подруга, несмотря на потрепанный вид, имела высокий класс пылевлагозащиты, и если уж она без проблем выжила в пыльном Афганистане, то и брызги Ниагары ей нипочём.