— Пит, можешь отвезти его фото к Джонсам? Может, кто-нибудь его узнает.
— А из присутствующих никто с ним не знаком? — внезапно спросил Джосбери. Он по-прежнему сидел у меня за спиной, но по интонации и направлению голоса я поняла, что он смотрит на меня. — С кого бы начать? Ну, допустим, с Флинт.
Я покачала головой. Все внимание было теперь обращено на меня.
— Точно? Нигде не слышала это имя?
— Нет, — сказала я, снова рассматривая фотографию Самюэля Купера.
— Он практически твой ровесник. Может, вы дружили в юности?
— Нет, впервые вижу, — спокойно повторила я. Не хотелось устраивать сцену в присутствии коллег. — Я с ним не знакома. И понятия не имею, откуда он может меня знать. Если он меня, конечно, знает.
Таллок молча наблюдала за нашим диалогом.
— А вы… — начала она.
— Помирились? — договорил за нее Джосбери. — Еще как. А вот за квартиркой ее нужно присматривать. Туда при желании трехлетний ребенок вломится.
Таллок покачала головой, словно ставя крест на всех беспечных дамочках и на мне в частности.
— Я договорился с одной конторой, которая занимается домашними сигнализациями, но тебе надо будет подписать квитанцию. В воскресенье это небось дороговато выйдет. А если сегодня не успеют, кому-то придется снова у нее ночевать.
— Так, ребята, за работу! — скомандовала Таллок.
Все начали собираться. Я тоже встала, но меня окликнул Джосбери:
— Погоди секунду, Флинт.
Я снова села, даже не взглянув на него, и стала ждать, пока все разойдутся. Когда в комнате остались только мы, Таллок и Андерсон, Джосбери уселся напротив меня.
— У меня для тебя подарок, — сказал он и достал из внутреннего кармана новехонький и, похоже, очень современный телефон. — Твой новый мобильный.
— Меня и старый вполне устраивал.
— Я перенес сюда все контакты, — сказал он.
Я взяла телефон. Ладони у него были теплые.
— Мы всем такие выдаем, — пояснил он. — В них вмонтированы специальные устройства, подсоединенные к нашей GPS-системе. Если он включен и батарея не села, мы всегда будем знать, где ты находишься. Не возражаешь?
— Нет, — солгала я.
— Могу еще дать четырехзначный номер, который отсылает срочный вызов прямо на наш пульт.
— А без этого никак нельзя было обойтись?
— Кто-то проник в квартиру Эммы Бостон и украл ее телефон, чтобы связываться с тобой напрямую. Этот кто-то потом целый день заваливал тебя сообщениями. Согласись, как-то все это не внушает оптимизма.
— Я буду осторожна, — пообещала я.
— Я договорился с ребятами из Ярда, мы к ним заедем во второй половине дня, — сказал он уже Таллок. — Обучим Флинт азам звукозаписи и прослушки.
— Но не могу же я полгода таскать с собой диктофон! — возмутилась я.
— А мы диктофонами больше и не пользуемся, — сказал Джосбери и улыбнулся одними губами — взгляд оставался непреклонен. — Теперь процесс куда интимнее.
За дребезжанием телефона я не расслышала собственный ответ. Трубку снял Андерсон. Кратко о чем-то переговорив, он отключил связь и повернулся к нам.
— Это Джордж. Тоттенхемские копы уже съездили в тот сквот, но Купера там не оказалось. Местные обитатели говорят, что он давно живет на улице.
— Хорошо, — кивнула Таллок. — Скажи Джорджу и Тому, пусть пройдутся везде, где обычно собираются бездомные. Сами они не справятся — проверь, кто сможет им помочь. Начинать нужно прямо сейчас.
Андерсон снова взял трубку.
— Вы только время зря теряете, — сказала я.
Все трое удивленно на меня уставились. Андерсон даже забыл убрать руку с телефона.
— Бродяги не станут с ними разговаривать. Они ж здоровяки. И спрашивать будут в лоб.
— Флинт, они туда не в качестве психоаналитиков едут, — сказала Таллок. — Просто покажут фотографию и зададут пару вопросов.
— Первый же бродяга, к которому они обратятся, скажет, застенчиво потупив взор, что ни разу в жизни не видел Купера. Он на все будет готов, лишь бы от него отстали. Этим людям верить нельзя. Пока они будут говорить с одним, все прочие потихоньку расползутся. Они до смерти боятся полиции.
— Откуда такие обширные познания о бомжах? — язвительно поинтересовался Джосбери.
— Бродягах, — машинально поправила я, не глядя на него.
— Так что ты предлагаешь?
— Давайте я сама к ним съезжу.
— Не думаю, что… — начал Андерсон, но я его перебила:
— Я смогу найти больше бродяг, чем кто-либо из вас, и со мной они, возможно, согласятся говорить.
— Почему? — удивилась Таллок, хотя по ее лицу я видела, что ответа не требуется.