— Подумай. У тебя есть шанс.
Он ушел также быстро, как появился. Как ураган - смел все вокруг себя и исчез. А мне нужно было прийти в себя.
— Агата? - Ваня осторожно дотронулся до моей руки. И когда я позволила, он взял меня за руку и притянул к себе. Я не стала сопротивляться, а лишь прижалась к нему, пытаясь остановить слезы.
— Ты лучше поплачь. Быстрее отпустит.
Он гладил меня по спине, затылку, успокаивал и даже слегка покачивал в своих объятиях. Через пару минут я отстранилась и вытерла слезы. Мы все ещё стояли в коридоре.
— Давай введем правило: все, что сказано в этой квартире, остается в этой квартире. Ты можешь мне все рассказать и быть уверенной, что я никому не сдам твои секреты.
Он говорил это так убедительно, что я сама не заметила, как начала говорить.
— И он… он спас меня.
Ваня внимательно слушал, не перебивая, не задавая лишних вопросов. Я говорила, говорила, даже не задумываясь, когда же нужно будет остановиться. И когда силы закончились, воздух тоже, я замолчала.
— А сейчас?
— Что сейчас? - переспросила я.
— Что ты чувствуешь сейчас?
Я пожала плечами. На этот вопрос точного ответа даже я не знала.
— Иногда кажется, что я все ещё злюсь на него. А иногда просто… грусть.
— Я не об этом спросил, Агата. Ты сейчас чувствуешь себя в безопасности или тебя все ещё преследует кошмар прошлого?
Я тут же смутилась. Вот черт! Зачем вообще я рассказала о своих чувствах к Руслану? Мы ведь совсем не об этом говорили.
— Вроде, нет. Но я все равно стараюсь не ходить одна в темное время суток.
Ваня молча повел меня к дивану, усадил и сел рядом.
— Это правильно, в любом случае нужно помнить о мерах безопасности. А на счет… твоего героя. Есть даже такое определение - влюбиться в своего спасителя. Это что-то на грани огромной благодарности и ярких эмоций, которые ты испытала. Не зря во всех сказках принцессы влюбляются в рыцарей в доспехах.
Что-то подобное мне говорил и сам Руслан. Но я понимала, что он ошибается. Вот и Ваня сейчас тоже ошибается. Может, я уже и не люблю Руслана, но тогда это были сильные чувства, а не благодарность.
— А потом ты узнала о его тяжелой судьбе, смерть матери… Тут уже к чувствам добавилась жалость.
— Нет, я не…
— Конечно, ты это делала неосознанно. Но этот факт тоже повлиял. Вспомни, сколько раз ты хотела его спасти? Ты даже была готова отдать свои песни ради этого. Хотела таким образом отблагодарить его за спасение? Чтобы забрать себе роль спасателя?
Я попала на прием к психотерапевту, не иначе. Но слова Вани как будто попали мне в эпицентр мозга, если этот самый эпицентр существует.
— Я… даже не думала.
— А на счет того упыря… тут я согласен с Деном. Даже если ты уверена, что твои показания не добавят ему наказания, то хотя бы твоя совесть будет чиста. Ты не пожалеешь, что попробовала.
Я закивала, постепенно уверенность и спокойствие Вани передались мне.
— Но я боюсь идти одна. Я не смогу все это рассказать.
— Я полечу с тобой.
— Ваня, - выдохнула я. — Ты и так много сделал для меня. Я не могу мешать твоей работе.
— Ерунда. Возьму пару отгулов. Да и скоро наш день рождения. Попрошу эти отгулы как подарок на мой праздник.
Я улыбнулась. С души как будто упал тяжелейший груз. Как же приятно осознавать, что я не одна.
— Почему ты это делаешь для меня? - все же спросила я, хотя понимала, что не имею права задавать такие вопросы. И на долю секунды мне стало страшно, что он отшутится, переведет тему, а я буду дальше смущаться.
— Потому что хочу.
— И всегда ты делаешь, то что хочешь?
Ваня задорно кивнул, встал с дивана и потянул меня на себя. Он повел меня на балкон, накинул на плечи плед, который успел зацепить с дивана.
— Смотри, как красиво.
Я проследила за его взглядом и увидела невероятный рассвет - горизонт пылал алыми оттенками, город постепенно просыпался.
— Аж дух захватывает.
Ваня ещё несколько секунд смотрел на небо, а потом повернулся ко мне.
— Поцелуй меня на рассвете.
Я думала, мне послышалось. Но заглянув в глаза Ване, я поняла, что нет. А когда он приблизился ко мне, то вовсе коленки затряслись. А может, это от холода? Я хотела сильнее укутаться в плед, но не успела — Ваня одним движение руки притянул меня к себе.