— Где же он теперь? - всхлипнула Агата.
Ненавижу женские слезы. Вот, что делать в такой момент? Обнять и плакать с ней? Или сделать вид, что все нормально? И пока я думал, как поступить, рука машинально потянулась к ее лицу, и я вытер слезы. Агата застыла на месте и тут же перестала плакать. Сработало!
— Да вон же он!
Я обернулся и увидел, как Князь забежал во двор, как ни в чем не бывало. Видимо, нагулялся. Маша ловко завела его в вольер и закрыла решетку.
— На сегодня все, ешьте и спать.
Затем она обернулась к детям.
— Вас тоже касается. Руки моем, ужинаем и по койкам.
Ребята недовольно загудели, но подчинились маме.
— А вы? Оставайтесь на ужин. Конечно, это не ресторан и даже не кафе, но голодными не останетесь.
— Нет, мы поедем, - поспешно ответил я, чтобы успеть опередить Агату. Кто знает, что у нее в голове на этот раз?
Маша внесла в пакете грязные вещи Агаты, проводила нас до машины и обняла меня. Я обещал вернуть ей ее одежду, когда приеду в следующий раз.
— Я тоже приеду. И тоже привезу корм, или что надо? - тут же спросила Агата.
— Руслан скажет. Спасибо ещё раз!
Мы попрощались, я помог Агате забраться в кабину, помня, что если она оступится и упадет, я сделаю шаг назад, позволяя ей упасть. Лучше так, чем снова целовать ее.
Я обошел машину, сел и завел двигатель. Обратная дорогая всегда кажется короче, мы по пути заехали в придорожное кафе, взяли бургеры, нагетсы, попить. Мы практически всю дорогу ели и молчали, но когда вернулись в город, я спросил:
— Как нога?
— Всё прошло, спасибо.
Я кивнул и повернул в сторону складов. Значит, дойдет пешком. На самом деле я был на нее зол, хоть и не осознавал причину, хотел бы бросить ее прямо там, пусть сама добирается до дома. Но воспоминания о том ужасном случае не отпускали - как теперь я могу быть уверен, что с ней ничего не случится?
Какое -то ходячее несчастье. Вечно с ней что-то случается.
Я оставил машину в гараже, помог ей спуститься, держа дистанцию. И мы молча побрели в сторону ее дома. Было уже поздно, а я планировал вернуться домой и выспаться перед утренним рейсом.
Мы дошли до ее подъезда, поднялись на лифте. И только около двери в квартиру она наконец заговорила.
— Спасибо за этот вечер. Мне правда понравилось. И в следующий раз возьми меня с собой, пожалуйста.
Я молча смотрел ей прямо в глаза, не в силах оторваться. Но прекрасно понимал, что эти глаза способны погубить любого. Меня в том числе.
— Тебе не надо туда ездить, - спокойно, но бескомпромиссно сказал я.
— Почему? — тут же отозвалась она, готовая наброситься на меня.
— Это не твое.
— Что? Помощь собакам? - она вскипала, я это видел. — Или… время с тобой?
Я пожал плечами. А что я скажу? Что хочу, чтобы она проводила время со мной, а не с другими? Что я хочу видеть ее каждый день? Представим, что я больной на голову и озвучил эти мысли. А как я отвечу на вопрос: зачем мне это? Я же и сам не знаю, зачем.
— Понятно. Ты опять за свое, - сквозь зубы процедила Агата. Впервые видел ее такой злой, агрессивной. Она уже хотела повернуться и открыть дверь, но я схватил ее за руку.
— Что на этот раз? - я дернул ее и повернул к себе лицом.
Агата не сразу заговорила, сначала смерила меня презрительным взглядом.
— Как только мне кажется, что у нас что-то складывается, как только я начинаю думать, что интересна тебе, ты все перечеркиваешь своим каменным лицом.
Так… понял. Сейчас будут выяснения отношений, который у нас даже нет.
— Ты надменный, наглый, презирающий тех, кого считаешь глупее себя, а такими ты считаешь всех вокруг! Ты самовлюбленный, высокомерный, напыщенный индюк! Все должны за тобой бегать, и я в том числе. А я как дура бегу. Зачем?? Зачем я это делаю? Что я хочу от тебя получить? Что? Я сама не понимаю.
Ее голос становился тише, а тон агрессивнее. Я не смел прервать ее монолог, но и руку не выпускал, сжимая крепче и притягивая ее к себе.
— Я же знаю, что у тебя есть девушка. Знаю, что я тебе не нравлюсь, что же я тогда делаю? Почему я наступаю на свою гордость, забываю о совести и бегу к тебе… даже не по первому зову. Нет. Ты не зовешь меня. Манишь, но не зовешь. И эти поцелуи… почему? Почему ты целуешь меня, если я тебе не нужна?