Для холостяка очень даже неплохой вариант… Кого я обманываю? Я прекрасно понимала, что так люди жить не должны…
От осознания степени бедности и безвыходности хотелось броситься ему в руки и умолять увезти отсюда. Но так поступить я точно не могла.
В голове не укладывалось - я бы ни за что не подумала, что Руслан живет в таком месте.
— Это твоя комната? - спросила я, наконец прерывая тишину. Руслан не смотрел на меня, он тоже будто разглядывал помещение.
— Да.
— И ты тут живешь?
— Да.
Я не знала, что ещё сказать. Да и надо ли? Для чего он привел меня сюда? Чтобы проучить? Чтобы показать, что не надо лезть не в свое дело со своими бесконечными вопросами?
— Ну, неплохо.
— Не ври, - спокойно произнес Руслан.
— Ужасно. Это ужасно. Но все ведь можно исправить, - бодро сказала я, надеясь, что он купится.
— Дом подлежит сносу. Делать ремонт нет смысла.
— Да я даже не про ремонт, - ответила я и развела руки в стороны. — Можно убраться, заменить потрепанное, старое на новое… и будет уже получше.
Руслан хмыкнул, но ничего не ответил. Тогда я осмотрела полы - разуваться нет смысла, мои кеды точно не испачкают их сильнее.
— Дай мне пару тряпок, ведро с водой. И приступим.
— Ты серьезно? - голос Руслана совсем изменился. Я даже повернулась к нему, чтобы понять причину такой очевидной перемены.
— Да. Есть тазик?
— Ты не будешь тут убираться, - отрезал Руслан.
— Да мне не сложно, правда. Вдвоём мы быстро упра…
Тут я услышала еле слышный шорох. Неужели крысы?? Если я увижу хоть одну, то точно упаду в обморок. Я вцепилась в руку Руслана и с мольбой посмотрела ему в глаза.
— Вообще-то я хотел не только условия моей жизни показать. Но и причину…
Он посмотрел на занавеску в углу комнаты, а у меня сердце упало. Что он там хранит? Трупы людей? Награбленное? Что такого страшного прячется за занавеской, из-за чего меня не может быть в его жизни? Но если там следы преступления, то я стану соучастником!
Боже, Агата, что ты несешь? Руслан не способен совершить такое.
Он взял меня за руку и повел вперед. Затем медленно убрал занавеску, а я в который раз за сегодняшний день остолбенела. Как я и думала, за занавеской стояла кровать. Но я даже подумать не могла, что на ней увижу маленькую, скрюченную и практически высохшую женщину. У меня защемило в сердце. И мне стало так стыдно, что пол минуты назад я думала о трупах. Я повернулась к Руслану за ответами на свои беззвучные вопросы.
— Агата, знакомься. Это моя мама.
У меня слезы потекли из глаз. Я не могла контролировать себя. Я медленно опустилась на колени рядом с кроватью и зарыдала. Я плакала так сильно, что тряслись плечи. Руслан не вмешивался, понимая, что меня потрясла увиденная картина. Почему? Как так вышло? Как ей помочь?
— У нее рак. И три года назад ей ампутировали левую ногу. По ошибке врачей она потеряла и правую.
Он старался говорить спокойно, но я слышала, как дрожал его голос. А я продолжала плакать, но уже беззвучно.
— Как?..
— Ударилась коленкой.
Мне стало трудно дышать. Я попыталась встать, но безуспешно. Тогда руки Руслана подхватили меня и поставили на ноги. Я тут же прижалась к его груди и обхватила за шею. Он гладил меня по голове и шептал что-то про спокойствие и принятие. Но как можно принять, что твой самый дорогой человек так болен?
— Ей можно помочь?
Он покачал головой и ответил:
— Уже нет. Я забрал ее из больницы. Но периодически отвожу, чтобы ей облегчили боль.
— А если… если попробовать где-то ещё? В Корею…
— Она не переживет перелет.
Я не могла поверить и сдаться, но понимала, что вряд ли Руслан не пробовал все возможное.
— А давно это случилось?
— Семь лет назад. Но диагноз поставили спустя год.
Я зажмурила глаза, чтобы хоть немного сдержать слезы.
— И ты один с ней?..
— Ну, теперь да.