Выбрать главу

— Ты такой сильный, - прошептала она, будто нас кто-то мог услышать. Я ничего не ответил, лишь задышал ещё чаще.

Она тем временем гладила меня по голому торсу своими нежными пальцами. А потом потянулась к ремню на джинсах. Я видел, что она волнуется, пальцы как будто не слушались, но она справилась и расстегнула мой ремень. Я специально не стал ей помогать, все ещё давая шанс остановиться. Но ее уже было не остановить.

Она расстегнула мои джинсы и, садясь на корточки, стянула их вниз. Я дернулся, но она тут же встала.

— Снимай, - приказала она, кивая на трусы. Я подчинился.

Я видел, что она хочет посмотреть вниз, но все же смущается. Я понимал, что ей нужно как-то помочь побороть стеснение, иначе эта ночь запомнится ей, как худшая в ее жизни. И так будет неприятно и больно, но если она будет напряжена, то точно ничего хорошего не выйдет.

— Я выключу свет, - предложил я для начала, но она покачала головой.

— Я хочу… видеть. Тебя и все… что мы будем делать.

Она запиналась почти на каждом слове. Это было и мило, и волнующе одновременно. Нет, я не буду торопиться, постараюсь максимально доставить ей удовольствие, чтобы не спугнуть и не навредить. Если я и собираюсь исчезнуть из ее жизни через какое-то время, то должен хотя бы оставить приятные воспоминания.

— Ты, главное, помни… Ты можешь меня остановить, если захочешь.

Агата закивала.

Я слабо верил в то, что смогу остановиться, если вдруг она все же передумает. Но я поклялся себе сделать всё, чтобы она и не вздумала меня останавливать.

Я погладил ее по голой заднице, затем развернул к себе спиной, убрал волосы и стал целовать шею. Я почувствовал, как она задрожала только от одного этого поцелуя. А что будет дальше? Да она и меня сведет с ума своим возбуждением.

Я специально отвернул ее от себя, чтобы она не стеснялась проявлять эмоции. Пусть стонет, вздыхает и кусает губы — ей можно всё.

Мои руки легли ей на груди. Я нежно погладил каждый аккуратный холмик, которые легко помещались в моей ладони, а затем пальцами стал водить по соскам, периодически оттягивая их. Агата запрокинула голову и потянулась к моим губам. Я поцеловал ее, погружая свой язык в ее рот, а она застонала в ответ.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я оставил одну руку на груди, а вторую опустил на живот. Мои пальцы водили круги, рисуя незатейливые узоры на ее коже, заставляя покрываться мурашками. Не прерывая поцелуй, я опустил руку ещё ниже и попытался погладить там.

Она тут же сжала ноги, но продолжала меня целовать. Я вернул руку на живот, но спустя пару секунду повторил попытку.

Она снова сжала ноги. Тогда я развернул ее к себе и осторожно положил на мягкую кровать. Она лежала абсолютно голая с красными от возбуждения щеками и растрепанными волосами. Я был уже на грани, но повторял себе без остановки, что это ее первый раз. Думать надо только о ней.

— Пожалуйста… тебе понравится, - обещал я и лег рядом. Я снова целовал ее губы, шею, затем спустился ниже и стал языком ласкать соски по очереди. Агата выгнулась и застонала, запуская пальцы мне в волосы. Я почувствовал, как она стянула резинку и стала перебирать пряди.

— Обожаю… - прошептала она. — Мой викинг.

Такое сравнение меня немного рассмешило, но я решил не портить момент. Выскажу ей все после.

Я переместился ниже и стал облизывать ее живот, прокладывая себе верный маршрут.

Когда я оказался на уровне ее колен, она вцепилась в мои волосы и потянула наверх.

— Пожалуйста… я… мне стыдно.

Я покрывал поцелуями ее лицо, а мысленно умилялся такому поведению. Пока она не готова к такому, попробуем иначе.

Я снова стал отвлекать ее, пока мои пальцы пробирались к заветному бугорку между ног. Я прошептал ей на ухо:

— Милая, не стыдись ничего. Я безумно тебя хочу. Ты как наркотик.

Она тяжело задышала, но уже не стала сжимать ноги. Я тут же воспользовался этим и проник внутрь.

— Вот так, моя сладкая. Не думай ни о чем. Просто наслаждайся.

Я накрыл ее рот губами, не давая ничего ответить. И с каждым моим прикосновением я чувствовал, что она сдается. Ее тело расслабляется, стыд отступает, а ее собственные движения становятся откровеннее. Она уже не пыталась закрыться от меня, скорее наоборот - приняла более удобную позу и стала получать удовольствие.