Ученики были в восторге от директора, преподающего зелья уже вторую неделю. В кои-то веки количество снятых и начисленных баллов на уроках зельеварения стало сопоставимым для всех факультетов. Конечно, Северус был гениальным зельеваром — по виду зелья определить, что это и чем именно испорчено, таких в Англии можно было пересчитать по пальцам рук. Мастер-зельевар в школе — это очень престижно... Если бы он ещё хоть немного любил детей и ориентировался на средний уровень учащихся... Печальная картина.
Зато Альбус неплохо потренировался, закрывая беспалочковыми защитными куполами сразу несколько готовых взорваться котлов. Он даже начал писать новую статью — 117 ошибок в применении игл дикобраза.
Но больше всего его волновало другое. Пятикурсник Юм из Слизерина получил метку. Об этом ему сообщили домовики в первый же вечер — ну кому придёт в голову прикрывать метку во время душа, а домовик под невидимостью менял полотенца... Вообще-то по-хорошему надо сдать ребёнка в Азкабан, как сказал на последнем выступлении Крауч Старший "Все Пожиратели должны гнить в Азкабане"...
Во время завтрака на следующий день он проверил ребёнка легилименцией. Альбусу не нравились такие методы, но иногда не оставалось выбора... Амулет защиты от ментальной магии обойти было просто, а окклюментивные щиты были в зачаточном состоянии. Бедняга получил задание убить Альбуса Дамблдора в наказание за трусость и провал отца, а его семью держат в заложниках. За рождественские каникулы его под пытками заставляли тренировать Круцио и Империо на магглах и зубрить формулы ядов... Мальчик ещё никого не убил, может удастся спасти хоть его? Странно... Том, на что ты надеешься, провалится этот, пошлёшь табуретку? Или просто над родителями его издеваешься?
Однако у парня была стоящая информация. Он говорил с Северусом. Северус велел ему учиться хорошо, чтобы сдать СОВ и готовиться к ЖАБА — это даст ему ещё два года для подготовки. Значит, Северус жив...
Но не всё было так радужно. В последние недели к нему приворожили многих магглорождённых детей и их родителей. Пришлось лично помогать целителям из Мунго снимать приворот. Альбус Дамблдор бы списал это на чьи-то шутки, но выкинуть несколько литров дорогой драконьей крови на партию сложных приворотных зелий без частиц того, к кому надо приворожить — это явно не детский розыгрыш. А лорд Волан-де-Морт всегда умел сеять раздор... И теперь дети даже в Хогвартсе ходят с определителями ядов и примесей и периодически находят шуточные зелья друг от друга.
Сейчас директор спешил в больничное крыло. Очередная массовая драка. Слизерин против Когтеврана. Один из когтевранцев начал доказывать, что Альбус ведёт зелья намного лучше и справедливей Снейпа. Преподавателей рядом не оказалось. Перепалка переросла в кулачную драку, а потом в магический бой всех против всех. И сейчас Помфри попросила помощи — розовые щупальца, истекающие гноем... Надо взглянуть. Скорее всего, последствия Фурункулюса, Дантисимуса и кривые Чары Гниения, легшие на заклятие Ватных Ног... Ну вот где они нашли Чары Гниения? Семья или запретная секция?
Он шёл в сторону больничного крыла — иногда хотелось просто походить по Хогвартсу. За ним увязалась магглорождённая Пуффендуйка с первого курса. Тоже привороженная что ли? Вроде бы нет...
— Элизабет, девочка моя, ты что-то хотела? — вежливо поинтересовался Альбус.
— Да, профессор, — ответила девочка, глядя в пол.
Рефлекторно хотелось использовать легилименцию, но Альбус сдерживался. Это беда всех ментальных магов — мощные способности к легилименции организм старается использовать максимально, это как будто ещё один орган чувств. Приходилось прикладывать усилия, чтобы не слышать мысли людей и не видеть их воспоминания. По крайней мере, если у них нет хотя бы среднего уровня окклюменции.
— Что тебя волнует, девочка моя? — вновь спросил Альбус.
— Профессор, а правда у Вас Жезл Смерти, та самая Бузинная Палочка? — с интересом спросила девочка.
Глава 25. Секреты Магии.
Поразительно, но Гораций уже несколько дней играл в героя. Были даже попытки самоубийства — поджечь свою кровь прямо в венах и свести себя с ума легилименцией. Но я был к этому готов и работал очень аккуратно, всячески страхуясь.