Но кое-кого можно попытаться соблазнить…
— Не знаю, Нагайна. Но мы обязательно проверим. У меня к тебе будет поручение, — приказал я.
— Да, Хозяин? — спросила она.
— Соблазнишь кое-кого и приведешь его в ловушку. Там мы его убьём.
Насколько я понял, Нагайна больше змея, чем феникс. У неё есть какой-никакой инстинкт защиты потомства, а вот инстинкта защищать партнёра у неё нет.
— Хозяин, что и как я должна делать?
— Что — я уже сказал. Как… Не знаю пока… — начал я. — Габи! Быстро неси книгу о брачных играх фениксов!
Бедняга Фоукс… Любовь… Она убивает…
Вряд ли Альбус находится на постоянной связи со своим фамильяром — ни один нормальный человек не захочет смотреть и ощущать, как ты сам себе дерешь перья из задницы. Да и директор не выглядит любителем прочувствовать секс магических птиц. Безусловно, феникс может исчезнуть или позвать Альбуса на помощь, но у него не будет мотива до самого конца.
— Повелитель! — начал было Габи. — У нас нет такой книги! Габи плохой!
— Ищи у Лестрейнджей! — приказал я.
Надо составить план и велеть Лестрейнджам исполнять… Какая-нибудь ловушка помощнее, куда попадут две птички и упадут без сознания. А одну мы добьём… Или убить прямо во время секса?
За этими мыслями меня застала Беллатриса. Явилась в мой дом под Фиделиусом ко мне в кабинет.
— Повелитель, эти идиоты сегодня всё испортили! Хотите, я накажу их? — предложила она. Это, вероятно, про последнюю операцию.
Убивать всех нереально и бессмысленно. Да даже если удастся — зачем? Можно было и так на Северном Полюсе жить.
— Пока не надо, — сказал я.
— Всё о благе истинных волшебников думаете? Отдохнуть вам надо, Мой Лорд, — сказала она.
Она взяла феникса как обычное домашнее животное и под невнятное шипение посадила на подоконник. А сама села мне на колени.
— Нагайна, лети в другую комнату, — приказал я. И феникс исчез во вспышке пламени.
Белла сидела у меня на коленях, а я мял её грудь. Но мысли о работе не отпускали. Клятый Альбус и Грюм, почему вы никак не можете попасть под Аваду? Нашлись мне, великие маги. Вот если бы мы на кулаках сражались, я бы Вас легко победил!
Нет, я не был мастером рукопашного боя, но уверен — физически здоровый и крепкий мужчина лет тридцати-сорока легко бы справился с одноглазым безногим инвалидом или глубоким стариком. Хотя… С Альбусом ни в чём нельзя быть уверенным… окажется, что он мастер кунг-фу…
Хотелось просто поймать этих двух разрушителей моих планов и сжать посильнее их шеи, чтобы они хрустнули… Только с учётом ситуации я очень сильно сжал грудь Беллатрисы.
— Повелитель… Мне долго не стоит находиться под Фиделиусом. А быстро не справимся… Пойдёмте ко мне? — предложила она.
Заманчиво. Но у меня дела…
— Секундочку… Беллатриса, отойди, я использую хроноворот. У нас будет три часа.
Я использовал хроноворот.
— Мало… — ответила она и потянула меня за собой.
Похоже, теперь появится ещё один Волан-де-Морт, который будет плотно заниматься Беллой…
Хотя лучше два Волан-де-Морта — надо что-то делать, форсировать проект с улучшенным телом в новую сторону. Или всё время пить зелья… Странно, в молодости со мной и в воспоминаниях Рудольфуса она не была столь страстной. Может быть, это любовь виновата? Надо будет просмотреть воспоминания Андромеды. И Нарциссы, под предлогом снятия проклятия. Может быть, у них это семейное? Если семейное, то их дети женского пола начали бы трахаться с оборотнями — потому что человек такой ритм не выдержит. Точнее, выдержит. Денёк-другой, если он моряк дальнего плавания или после тюрьмы.
В голову стучалась ещё одна очень тупая идея. В Тома Реддла отца была влюблена чистокровная ведьма. И в Тома Реддла сына — тоже. Совпадение? Ладно, потом подумаю…
POV Рудольфуса Лестрейнджа.
Со дня расставания с Беллатрисой прошло два дня. Фантомные боли от Круциатуса уже спали. Сейчас он лежал на кровати в своей комнате, пил вино, пил рвотное, потом блевал в зачарованный на самоочищение тазик, пил зелье от алкогольной интоксикации, универсальный антидот, ещё несколько и пил вино дальше. Он наверное уже несколько бочек через себя пропустил — если бы не зелья, умер.
В дверь постучали.
— Вон! — сказал он.
Рудольфус нормально относился к домовикам. Но в последнее время они его страшно злили. Он за два дня всю ногу стёр, пиная их, прежде чем ему удалось прогнать их из своей комнаты.