Про Дары Смерти она ничего не знала. Но может быть, знает о том, что мантия-невидимка Поттеров — особенная?
Я искал в её памяти всё, связанное с мантией-невидимкой. Воспоминаний было море — Джеймс хвастается, Джеймс играет с мантией-невидимкой и Гарри и прочее, прочее… Но того что я искал: «Лили, это сверхсекретный родовой артефакт, капни кровью вот сюда и сюда» не было.
Увы, это ничего не значит. Мантия-невидимка может быть качественным подарком от отца. У них всё-таки род артефакторов. Был.
А может быть — Дар Смерти, как-никак Поттеры — старый род, мало ли что и где у них было. Они просто не поняли, что это. Или Джеймс не понял, а отец не успел рассказать…
Но я не сдавался. Я искал. Искал качественно и максимально незаметно. Надо сузить область поиска. Теперь я искал в её памяти то, что связано с Мантией Невидимкой, Джеймсом, кровью и при этом очень секретно.
Не прекращая урок окклюменции, рефлекторно атакуя на базовом уровне и продолжая давать пояснения, я незаметно погружался вглубь её сознания.
И нашёл на свою голову.
Седьмой курс Хогвартса. Романтическое свидание Лили и Джеймса после отбоя. Они смотрят на звёзды с какой-то башни. Потом гуляют по Хогвартсу под мантией-невидимкой. Потом Джеймс обещает ей показать нечто особенное.
Они идут на седьмой этаж Хогвартса, и перед ними возникает дверь.
— Смотри какое классное место, Лили! — говорит Джеймс, когда они зашли внутрь. — Тут есть много интересного!
И Джеймс стал вертеть в руках какой-то хлам.
С ужасом я узнал в этой комнате то место, где Том спрятал Диадему Когтевран.
— А что это за место? — спросила Лили.
— Домовики называют это Выручай-комнатой. Здесь классно. Она может очень многое, смотри, сейчас я буду думать, а она сделает, что я захочу! — ответил он.
А я чуть не выронил палочку. Там Том Реддл спрятал Диадему-крестраж! Он думал, что особенный, что нашёл Тайную Комнату Когтевран, и по его воле там меняется реальность… Но всё не так — он спрятал крестраж в место, где может быть вообще любой!
Я смотрел и искал свою бесценную диадему-крестраж. Может, её уже кто-то оттуда забрал?
Но особо исследовать эту комнату они не стали.
Джеймс в очередной раз признался Лили в любви, подарив цветы. Признания в любви перетекли в поцелуи, поцелуи в обнимашки, обнимашки в раздевание, там Выручай-Комната добавила интимного освещения и кровать, потом начался секс… То ли Джеймс её соблазнил, то ли комната уловила их желания — мне без разницы.
Джеймс, предохраняться надо, хотя кто знает — может ты заранее зелье выпил. И не мне тебя учить. А Лили на тот момент была девственницей… Теперь понятно, как я здесь оказался — Джеймс, мантия, кровь, секрет… Но кто же знал, что под эти ассоциации подойдёт это воспоминание?
Всё это я смотрел краем сознания, но в глубине меня поднималась паника. Том Реддл оставил свой крестраж там, где толпами ходят домовики и похотливые студенты…
Я думал, защита Пещеры Инферналов — провал, но это… Когда Том Реддл прятал свои крестражи, ошибся два раза из пяти — медальон и диадема…
Я не считал себя буйным. Я старался не кидать Круциатусы, если это не нужно для дела. Сорвался, правда, когда со Снейпом пришёл забирать Медальон Слизерина.
И вот сейчас во мне опять поднималась ярость. Безумная и всепожирающая. Хотелось убивать — без разницы кого.
Очевидно, я потерял концентрацию — Лили увидела, как я снова и снова смотрю воспоминание, как она в первый раз спит с Джеймсом.
— Мой Лорд… Это личное, — сказала она.
Молчи, рыжая мохнатка, тут я решаю убить вас всех вместе с домовиком, или длительного Круциатуса будет достаточно.
Я всегда старался в небоевых условиях действовать по очень простому правилу — если хочется убить, досчитай до десяти, а потом убей. Если очень хочется убить, досчитай до ста и не убивай.
Какой смысл её наказывать? Наоборот, её надо наградить за поиск критической уязвимости в защите крестража. Кстати, я её ещё за Горация не наградил…