Снейп проделал необходимое, и мы вошли во вторую, большую пещеру.
— Это ваша лаборатория, мой Лорд? — спросил он. И опять нет сомнений и страха за свою жизнь в эмоциях. Безусловно, оригинального Реддла сомнения бы разозлили и послужили бы поводом для Круциатусов, но меня такая верность уровня Крауча-младшего и Беллатрисы удивляла.
Зрелище открылось жуткое: мы стояли на берегу чёрного озера, такого большого, что другой берег увидеть не удавалось. Озеро находилось в очень высокой пещере, потолок её терялся из виду. Далеко, в самой середине озера, различался мглистый зеленоватый проблеск, отражавшийся в совершенно неподвижной воде. Память Реддла подсказывала мне, сколько кладбищ по миру он разорил, чтобы набить телами многих тысяч волшебников и магглов озеро. А ведь и новых жертв (уже лорда Волан-де-Морта) тут было немало — кинь труп, и зачарованная «вода» сама со временем превратит его в инфернала или зомби. Том иногда добавлял новых стражников… Крупными партиями…
Вместо ответа я запустил освещающие чары к центру озера.
— Вот там нас ждёт зелье.
Память Тома говорила, что пещера зачарована идеально — больше двух особей здесь не может находиться в принципе. Преодолеть озеро с таким количеством мертвецов и зачарованной водой вдвоём — не сможет никто. Единственный путь — лодка. Но она может нести только могучего мага и его жертву. Тот, кто пил зелье — дань инферналам, а второй, в случае если это Лорд Волан-де-Морт, не заинтересует инферналов. Для других это гарантированная смерть — выбраться отсюда нельзя, как нельзя вечно сдерживать армию мёртвых, тем более силами максимум двух человек. Так что болезненная смерть умнику, явившемуся за крестражем, гарантирована. Предположение, что кто-то сумеет перехватить контроль над лодкой, смехотворна. Сжечь чашу с крестражем в центре озера Адским Огнём также невозможно — она слегка сдвинута в подпространство, почти как Фиделиус.
Каков мой план? Когда Северус будет пить моё особое зелье, у него слетит его окклюменция и я узнаю всё. Заодно заберу свой бывший крестраж. А потом… Я либо отобью у инферналов своего верного слугу, если он не врал — сил сдерживать их, пока меня увезёт моя лодка, мне хватит, хоть это и не планировалось при создании защиты; либо скормлю его мёртвым, если он разочарует меня, хотя лучше будет использовать его в тёмную против Дамблдора, сливая дезинформацию. Если уж это зелье его не сломает… Он либо мой самый верный слуга, либо надо проситься в свиту нового Тёмного Лорда.
Зачем я временно занулил магические возможности Снейпа? Во-первых, чтобы не было сюрпризов с его стороны. Во-вторых, чтобы лодка смогла его везти вместе со мной — там главное не вес, а магическая сила, а его магическая сила намного превосходила среднего домового эльфа, и ей нельзя было пренебречь: могли возникнуть проблемы при транспортировке вместе со мной на лодке — лодка могла отказаться плыть, и хорошо если остановится, а то утонет в самый неподходящий момент (а летать здесь нельзя). И вот когда у него почти ноль магической энергии, лодка примет нас двоих. Можно было, конечно, взять вместо Северуса домашнего эльфа, но тогда я бы только смог забрать крестраж, а не проверить лояльность своего зельевара.
Мы плыли в лодке. Сверху — тёмный потолок, снизу — тёмная вода.
— Мой Лорд, там инферналы?
— У моей лаборатории надёжная охрана, Северус.
Я смотрел его мысли. Нет страха. Нет сомнений. Одна верность. Странно это… Но из лодки он меня не выкинет — я под щитами. И выкинуться я ему не дам — удержу, если что.
Мы причалили к крошечному островку.
Остров оказался не больше маленькой комнаты: крошечное пространство тёмного, плоского камня, на котором не было ничего, кроме источника зелёного света, ставшего вблизи гораздо более ярким. Это не лампа: свет струится из стоящей на небольшом постаменте каменной чаши, немного напоминающей Омут Памяти. Я осматриваю Чашу с зельем — на дне виднеется мой медальон.