Я порезал ладонь достаточно глубоко, чтобы несколько капель крови успели вытечь до того, как рана затянется.
«Нормально?» — спросил я Васю.
«Ох, Жень… всё равно я боюсь осложнений. С учётом всех обстоятельств вроде бы формулировки разумные и твоей присяге не противоречат. Но, сам понимаешь, при желании можно до чего угодно докопаться».
«Пускай докапываются, если им так хочется», — ответил я.
«Женя!»
«Что — Женя? Блин, Вась, у меня на руках раненый товарищ. А ещё пацан, который сын моего генетического двойника. То есть как бы и мой сын тоже, да? Одной проблемой меньше — одной больше, тут уже большой роли не играет».
«Спокойно, прорвёмся».
«Конечно, прорвёмся. Куда нам деваться?»
Лорды сжали перед собой кулаки в знак принятия присяги и подчинения. Я посмотрел наверх. Илтар уже превратилась в крохотную красную звёздочку и продолжала таять в чёрном небе. Скоро бывшую луну О-деа будет не различить невооружённым взглядом.
«Как там корабль?» — спросил я.
«Возвращается. На торможение и спуск в атмосфере уйдёт пара часов. Где сажать будем? Над городом? И посадка с высоты обелиска? Должно красиво получиться!»
«Нет, Вась, — ответил я. — Давай здесь. В городе его уже видели. Это только подчеркнёт то, что я не здешний. Прощание здесь, среди элиты, будет более гармоничным».
«Пожалуй, соглашусь», — сказал напарник.
Я видел, что Варрэн направился ко мне, разомкнув круг тех, кто приносил присягу. Сначала он широко улыбался. А потом вдруг его лицо исказила тревожная гримаса, он закричал, но я почему-то не разобрал слов.
После этого в моей груди взорвался фонтан боли. Опустив взгляд, я увидел окровавленный кончик клинка, который торчал слева. Он пульсировал, в такт ударам моего сердца, которое. Несмотря ни на что, продолжало биться, затапливая мозг океаном боли.
Почему-то я не потерял сознания. У меня даже хватило сил обернуться. А ещё через пару толчков сердца умные боты в моей крови, изменив конфигурацию мышечных сокращений, смогли вытолкнуть клинок из моей груди. Он упал где-то за спиной.
Передо мной стоял пацан в белых кожаных доспехах, лишь немногим старше Варрэна. Он был слишком похож на Тей-Харраша, чтобы я стал гадать о его мотивах.
В первую секунду его взгляд был торжествующим. Потом торжество сменилось испугом, затем — отчаянием. Мальчишка затрясся, но упорно стоял прямо, стараясь глядеть мне в глаза.
Вокруг стало очень тихо. Потом Варрэн оказался рядом и замахнулся своим кинжалом-заточкой, метя пацану в грудь.
— Стой, Вар! — окликнул я. Но это бы не помогло — Варрэн останавливаться не собирался.
Пришлось вмешаться.
— Стой же! — повторил я, схватив его за руку.
Варрэн удивлённо посмотрел на меня. Перевёл взгляд на то место на моей груди, откуда вышел клинок. Потом снова посмотрел в глаза. Чуть ослабил сопротивление, но нож убирать не спешил.
Сын Тей-Харраша продолжал стоять. Он был бледен, в лице — ни кровинки. Губы плотно сжаты. Ни слов мольбы, ни оправданий он так и не произнёс.
— Измена! — провозгласила Грайя.
Она подошла и встала со мной плечом к плечу.
«Блин, что делать-то будем? Нам только детских казней не хватало в такой день», — беспокоился Вася.
А я вдруг ощутил тёплое касание чужого сознания. Со мной снова заговорило будущее дерево. «Пускай его приведут ко мне. Через год. Когда я буду готов. Я покажу, как жить, не предавая», — попросил… он, без слов, одними ощущениями. Но я понял.
— Заключите его под стражу, на один год, — сказал я тихо, но так, чтобы Грайя услышала.
— Тейдан, это измена после присяги. Такое не прощается. Никак. Увы, — она развела руками.
— Через год здесь многое измениться, — сказал я. — Дайте отсрочку исполнения наказания. А через год приведите его сюда, к дереву.
— К дереву? — переспросила Грайя.
— Да. К дереву. Вы узнаете, как надо жить, не предавая, — ответил я, облекая ощущения, полученные от семени, в слова.
Несколько секунд она колебалась. Потом ответила.
— Отсрочка — это разумно, Тейдан. Сегодняшний день не должен быть омрачён кровью, — наконец, произнесла она достаточно громко, чтобы все лорды будущего услышали.
Я обернулся. Все те, кто приносил присягу, стояли, преклонив колено.
— Они все теперь знают, что ты не совсем человек, Тейдан, — шепнула Грайя мне на ухо. — Но это к лучшему.
Фокус
Макс всё ещё был слаб. Не удивительно: после таких издевательств и ран так быстро не восстанавливаются. Но выбора у нас не было: по команде моего Васи медицинская капсула разбудила его.