Однако же было поздно. Важный кусочек паззла уже встал на своё законное место в моей голове. Я взглянул на Сергеича, уже по-новому.
— Женя, только не делай глупостей, — сказал он, вздохнув.
— Не собираюсь, — ответил я. — Но, если догадался я, то догадается кто-то ещё. Если этого уже не произошло.
— Ты переоцениваешь людей, — улыбнулся Сергеич. — У нас слишком много вопросов и задач. И совершенно нет никаких причин, чтобы копать в этом направлении. Я ведь слежу за этим. Подозрения могли возникнуть только среди самых близких, но они…
— И без того были в курсе, — ответил я. — Самые близкие. — Я чуть напрягся, выуживая из памяти имя главы службы безопасности проекта «Север». — Владимир Петрович, да? Светлана Юрьевна, само собой…
— Это всё, — вмешался руководитель.
— На сегодня, — кивнул я. — Но ведь Анна Анатольевна знала. И думала, что мне это тоже известно.
Сергеич улыбнулся. Грустно так, по-доброму. Но ощущения от этой его улыбки было жутковатое.
«Вася… эх, Вася, как же тебя не хватает!» — подумал я.
— Первый «Север» ведь только для этого и был нужен, да? — ухмыльнулся я. — Добраться до неё. Что же такого она увидела, что решилась вас предать? Вас и ваших… хозяев?
— Так я и думал, что ты всё поймёшь неверно, Женя, — тихо сказал Сергеич. — Они не хозяева. Ни нам всем, ни мне лично.
— Что вы знаете о них? — спросил я, подавшись вперёд. — Что на самом деле происходит? Может, я смогу помочь! Нормально, по-настоящему. Для этого ведь не обязательно людьми вертеть, как игрушками. Можно ведь просто рассчитывать на их волю и разум — если дело того стоит. А оно стоит того? А? Сергей Сергеевич?
Я глядел ему в глаза. Он выдержал взгляд, пускай на дне его серых глаз и появились отголоски затаённой боли.
«Во что же это всё ему обошлось?» — впервые подумал я.
— Они появились, когда я многое понял про тех, кто контролировал наш мир, — ответил Сергеич. — Скажи: разве избавление того не стоило?
— Возможно, — кивнул я. — Но мне неизвестна конечная цена всего этого. В чём она?
— В том, что мы выполняем то, о чём было условлено, — ответил Сергеич. — Ты прав: первая миссия заключалась в том, чтобы не дать Ане натворить глупостей. Ты ведь знаешь, она была близка — не хватало только самой малости.
— Что они делают? Для чего им это? Что случится, если они этого достигнут? — продолжал я.
— Не сложно ведь и догадаться. У тебя достаточно знаний для этого. И ты бы всё равно сообразил… — вздохнул Сергеич, будто оправдываясь перед самим собой.
Я терпеливо ждал, боясь спугнуть его решимость. Если, конечно, он на самом деле скажет правду, а не соображает сейчас лихорадочно, что бы такого сейчас соврать, во что я мог бы поверить.
— Они собирают миры Пентакля, — сказал он. — Снова связывают их единой судьбой.
— Для чего это им?
— Понятно для чего: чтобы Пентакль снова проявился в нашей Вселенной.
— Что такое Пентакль? Что они хотят с ним сделать?
Сергеич молчал. Лишь продолжал смотреть на меня пристально.
— Ты не знаешь, что такое пентакль? — ухмыльнулся он. — Это такой волшебный амулет. Ты ведь только что был в мире, где по идее должна править магия, да?
Я промолчал.
— Ты бы всё равно узнал. Догадался бы. Я предполагал, что это случится на третьей планете, но нет. Всё произошло раньше срока, — произнёс он. — Другой вопрос, что к тому времени ты должен был понимать достаточно, чтобы продолжить свой путь и не отступить.
Я вздохнул. Снова потёр бороду и сказал, переходя на «ты»:
— Знаешь, а я ведь на какое-то время действительно поверил, что всё это — творение человеческого разума. Все эти супертехнологии, наниты, искусственный иммунитет… гениальные советские учёные, чистый разум, все дела.
— Ну-ну, не надо приуменьшать вклад нашего коллектива. Одно дело получить нужную информацию, совсем другое — должным образом её обработать и воплотить в реальность, — ответил Сергеич с нотками обиды в голосе. — Если бы австралийский аборигенам оставили чертежи самолётов и принципиальные схемы получения железа и алюминия, заодно с крекингом — они едва ли бы смогли построить собственную крылатую машину.
Очень хорошо. Сергеич выдал мне кое-что очень важное: он и его организация получали информацию, а не готовые технологии или даже продукты. Не факт, что он вообще физически видел тех, с кем взаимодействовал.
— Что же тебе на самом деле пообещали? — я снова посмотрел ему в глаза. Но в этот раз Сергеич отвёл взгляд.
Не хочет врать. Знает, что я почую. Но и не хочет окончательно со мной рвать. Зачем же я ему нужен?..