Едва зверь затих, я почувствовал, как рот начал наполняться слюной.
«Женя, ты молодец! Это выход!» — радовался удачной охоте Вася.
Но я едва мог разобрать его слова. В моём мозгу проснулись древние, рептильные участки. В мире был только я, голод, и груда свежего мяса.
Дамп
Я не помню, как дошёл. После охоты на росомаху мой мозг перешёл в какой-то другой режим работы. Время не воспринималось как обычно — оно превратилось в сплошную снежную реку, где была лишь стрелка на виртуальной карте, запах далёкой волчьей стаи и равнодушно мерцающие звёзды где-то в бездонной вышине.
Даже Вася замолчал. Наверно, боялся сбить это состояние — единственное возможное, чтобы пережить переход через ледяную пустыню и не сойти с ума.
Несколько раз, где-то на самой периферии зрения мелькало что-то огненно-рыжее, обещающее тепло и нечто давно забытое. Я старательно не замечал это всё. Не потому, что мне не хотелось — как раз наоборот, в полузверином состоянии меня тянуло туда сильнее, чем когда-либо. Просто нутром чуял: сейчас — это не тогда, на поле боя; сейчас это может быть опасно. Я могу никогда не вернуться. Не захочу возвращаться.
А потом был стеклянный отблеск среди скального массива. Он отражал лунный свет. Погода была тихая, ясная, морозная.
Я вдруг понял, что дошёл. И нормальное сознание разом вернулось.
«Женька… ты сделал это!» — тут же появился Вася.
«Сделал, Вась, сделал, — ответил я. — Не так-то просто меня взять, а?»
«Вообще ни разу не просто! — сказал напарник, и тут же добавил деловым тоном: — понял, как заходить надо? Помнишь? Смотри, сверху замаскированная лифтовая площадка. Там бесконтактный замок, я могу взломать — только подойти надо будет поближе, чтобы мою сигнатуру не засекли».
«Сделаем», — кивнул я. И пошёл вперёд по крепкому насту, чтобы найти дорогу на другую сторону ущелья.
На виртуальном экране, кроме самой карты, Вася проецировал координаты, магнитный азимут, точное местное время, другую полезную информацию. Я мельком взглянул на часы. Половина третьего ночи. Очень кстати, меньше шансов нарваться на случайного сотрудника.
«Вась, надо бы план придумать, — мысленно произнёс я, когда напарник разблокировал доступ в кабину внешнего лифта. — Понятно, что нам надо бы первым делом до Владимира Петровича добраться. Но как именно? У тебя есть схема 'Севера»?
«Официально нет, — ответил Вася. — Но, конечно, есть. Но я бы начал со Светланы Юрьевны. Мне почему-то кажется, что она опаснее».
Немного подумав, я согласился с ним.
«У меня есть особый канал связи с основной личностью, — сказал Вася, когда лифт уже был на нижних горизонтах и начал торможение. — Так вот, он сейчас не работает. А я не могу рисковать усилением мощности».
«И что это может значить?» — с тревогой спросил я.
«Либо есть способ физически изолировать мой мэйнфрейм, — ответил Вася безжизненным голосом. — Либо основная личность дезактивирована».
«Давай всё-таки будем надеяться на лучшее», — сказал я.
Лифт открылся. Я вышел в пустое помещение — туда, где когда-то Диана в порыве отчаяния пыталась меня убить. Казалось, будто это было совсем недавно… что теперь с Дианой и есть ли у неё теперь шансы выбраться оттуда, с учётом того, что произошло с Сергеичем?..
«Жень, мы разберёмся! Конечно же, спасательная экспедиция будет!» — тут же вмешался Вася.
«А ты не подслушивай и не мешай мне рефлексировать! — шутливо ответил я. — Может, мне так легче настраиваться».
«Ладно. Понял. Не вопрос!» — сказал Вася.
Мы вышли на наблюдательную палубу. Тут было всё точно так же, как я помнил: немногочисленные шезлонги и кресла, снежно-звёздный вид за окном.
«Ты можешь подключиться к системам безопасности?» — спросил я, глядя в сторону выхода.
«Уже, Женя. Там стояло несколько ловушек — но я хитрее. Со мной мог бы поспорить я-основной, но его во внутренней сети нет. Лишь пара туповатых нейросетей, генеративного поколения», — ответил Вася.
«Где кадровичка? Она на объекте?»
Я вдруг подумал, что будь заговорщики умнее, то они могли бы покинуть объект заранее и создать другую, безопасную базу. По крайней мере до момента моей нейтрализации. Если, конечно, заговор с участием высших функционеров «Севера» действительно имел место, в чём ещё оставались некоторые сомнения.
«На месте, Женя, — ответил Вася. — Спит в своём номере».
«А безопасник?»
«Хм… спит на посту. Интересно! Я бы сказал, что это необычно для него».
«Что ж, будем воспринимать как косвенную улику, — ответил я. — Может, всё-таки с него начнём?»