— Свет! — сказал кто-то моим голосом.
И комната послушно залилась приглушённым мягким светом.
Зеркальца или чего-то подобного у меня под рукой не было. Так что пришлось рискнуть и высунуться на долю секунды из-за дверного косяка, соединяющий спальную комнату и санузел. Выглядывал я, разумеется, не на уровне головы. И не возле стоп — как часто делают те, кто продвинулся в искусстве выживания дальше первого уровня. Я схватился ладонями за выступающую часть кожуха двери и подтянулся, чтобы получить больше обзора.
В кресле возле кровати, напротив телевизионной панели сидел я. Ну, или точнее, мой двойник. Он был одет в одни лишь широкие семейные трусы в синюю клеточку. Помню, у меня были такие, ещё до ранения. Остались на казённой квартире вместе с другими вещами.
— Тейдан, выходи уже. Хватит изображать из себя Тарзана.
Я осторожно опустился и вышел в комнату. Жаль, что я был в простом комбинезоне, а не в «Сове». Она бы сейчас дала преимущество. А так придётся считать, что мы на равных.
— В этот раз без меча? — уточнил я, хмыкнув.
— А. Ты об этом, — двойник пренебрежительно махнул рукой. — Не обращай внимания, эксцесс исполнителя. Этого не должно было случиться.
— Кто ты? — спросил я.
Некоторое время двойник молчал, разглядывая меня с какой-то странной иронией в глазах, исподлобья.
— У меня был соблазн ответить, что я это ты и попытаться заморочить тебе голову, — сказал он. — Возможно, у меня бы даже получилось. Но, конечно, нет: я это не ты. Я всего лишь воспользовался твоей ДНК для репликации тела, после чего имплантировал в него квантовый модуль нейронной связи. После того, как наш разговор будет окончен, это тело умрёт. Кстати, можешь использовать его в качестве донора органов, если тебе вдруг надо. Я бы подновил сердце и поджелудочную, никогда не помешает.
Я сделал шаг вперёд, потом сел на кровать, справа от кресла. Незнакомец развернулся в мою сторону.
— Ты не ответил на вопрос, — заметил я.
— Да, потому что любая информация — это ценность, — сказал двойник. — Мне бы не хотелось вдаваться в подробности. Думаю, о главном ты уже догадался. А второстепенные детали, вроде моего родного мира или там подлинной биологической природы не имеют никакого значения.
— Ещё как имеют, — возразил я.
— И тут, пожалуй, соглашусь — но в целом, а не для этого разговора.
«Вася? А, Вась? — мысленно позвал я. — Будь наготове, собирай информацию».
— Ты, наверно, сейчас говоришь со своим компаньоном? — сказал двойник, подняв бровь. — Это правильно. Его совет может быть для тебя очень ценным. А моё предложение будет касаться и его тоже. Так что слушай своего Васю, я рад, что вы делитесь друг с другом мыслями даже в таких непростых ситуациях.
Однако Вася молчал. И меня это здорово беспокоило. Этот хмырь играет со мной? Каким-то образом заглушил моего напарника, а теперь пытается усыпить бдительность? Возможно. Или же случилось что-то ещё.
Всё-таки без него плохо. Я лихорадочно соображал насчёт этого разговора. Он явно построил его так, чтобы я сам спросил насчёт предложения. Значит, нельзя ему подыгрывать. Ни в коем случае. С учётом Кодекса Сектора и прочего, я играю по правилам, которых не знаю. И единственный шанс избежать ошибок — отслеживать направление, куда меня пытаются подтолкнуть, и двигаться в другую сторону.
— Если это всё, что ты можешь мне сказать — то я готов считать, что разговор закончен, — сказал я.
Непрошенный гость скривился. Это было неприятно. Чуждая мимика на моём собственном лице смотрелась жутковато.
— Я пришёл, чтобы сделать тебе предложение, — нехотя сказал двойник. — Ты выслушаешь?
Моя интуиция буквально вопила, чтобы я сказал «нет». Но я колебался. И дело даже не в любопытстве, а в том, что сейчас любая информация о происходящем — на вес золота. Ясно, что этот хмырь не просто так пришёл. Случилось что-то очень важное где-то там, в неведомых сферах. Связано ли это с поведением сотрудников «Севера» или нет — неизвестно. Но хорошо бы выяснить хотя бы базовые вещи. Невозможно сделать предложение, не поделившись по крайней мере частью информации.
«Васька, ну где же ты, блин, когда ты так нужен⁈» — мысленно взывал я, но тщетно.
— Я выслушаю, — ответил я, на всякий случай избегая произносить слово «да», будто имел дело с банальным телефонным мошенником.