Внезапно немой их диалог прервал крик. Кричала Яттмур. Нечто, похожее на руки с шестью толстыми пальцами, ухватилось за ее лодыжку. Грэн бросился в воду и без труда вытащил это существо. Пока он его рассматривал, существо все время предпринимало попытки вырваться из его рук.
— Извини, что я закричала, — сказала Яттмур. — Это одно из тех существ, которых тамми зовут кролпами. Они выходят на сушу с моря. Тамми ловят их, вскрывают и едят. Мясо у них жесткое, но зато сладкое на вкус.
Серые, узловатые и очень холодные пальцы кролпа лениво сгибались и разгибались. Наконец Грэн бросил его на берег, и кролп мгновенно скрылся в траве.
— Кролпы выходят из моря и на земле роют себе норы. Я несколько раз видела, как они это делают, — сказала Яттмур.
Грэн не ответил.
— Тебя что-нибудь беспокоит? — спросила она.
— Нет.
Он не хотел говорить ей о намерении морэла снова двинуться в путь. Тяжело, почти как старик, опустился на землю. И хотя Яттмур беспокоила произошедшая с Грэном перемена, она решила не настаивать и отошла в сторону. Все чаще она стала замечать, что Грэн как-то отдаляется от нее, замыкается в себе; и она знала, что виновен в этом морэл.
А у Грэна в голове морэл давал о себе знать.
«Ты погряз в лености. Мы должны сделать что-нибудь».
— Нам хорошо здесь, — мрачно возразил Грэн. — И, кроме того, я уже сказал, что у нас нет лодки, на которой бы мы смогли доплыть до большой земли.
«Лодка — не единственное средство, при помощи которого можно пересечь море», — сказал грибок.
— О, морэл, прекрати умничать, пока мы все не погибли из-за этого. Оставь нас в покое! Мы счастливы здесь.
«Счастливы, да! Наверное, если бы ты мог, то пустил бы корни и оброс листьями! Грэн, ты не знаешь, для чего ты живешь. Тебя ждут удовольствия и власть, если только ты поможешь мне привести тебя к ним».
— Убирайся! Я не понимаю тебя! — Грэн вскочил, словно хотел убежать от морэла, но тот крепко схватил его, приковав к земле как вкопанного. Собрав все свои силы, Грэн начал посылать морэлу волны ненависти — бесполезно, потому что голос продолжал звучать в его голове.
«Поскольку ты считаешь невозможным быть моим партнером, тебе придется стать моим рабом. Дух познания мертв в тебе; ты будешь выполнять приказы».
— Я не понимаю, о чем ты говоришь! — закричал Грэн вслух. Крик его разбудил Яттмур; она села и молча посмотрела на Грэна.
«Ты слишком многим пренебрегаешь, — продолжал морэл. — Я могу познавать мир только через твои ощущения, и тем не менее я анализирую их, пытаясь найти, что за ними сокрыто. Там, где ты не извлекаешь абсолютно ничего из полученной информации, я имею очень много. Путь, по которому я иду, ведет к могуществу. Посмотри еще раз по сторонам, на эти камни, по которым ты лазаешь, не обращая на них никакого внимания».
— Убирайся! — закричал снова Грэн.
И в тот же миг согнулся пополам от пронзившей его боли. Яттмур подбежала к нему и взяла в свои ладони его голову, пытаясь облегчить Грэну страдания. Она заглянула ему в глаза. Подошли Рыбаки и молча встали у нее за спиной.
— Это — волшебный грибок? — спросила она.
Грэн слабо кивнул. Все его тело жгла нестерпимая боль. Казалось, она сейчас разорвет его на части. Грэн не мог даже пошевелиться. Наконец, боль утихла. Почти шепотом он сказал:
— Мы должны помочь морэлу. Он хочет, чтобы мы очень внимательно осмотрели эти камни.
Дрожа всем телом, он поднялся, чтобы выполнить приказ. Яттмур стояла рядом, держа его за руки.
— После того, как осмотрим камни, мы наловим рыбы и съедим ее вместе с плодами, — вымолвила она нежно, почувствовав, что сейчас Грэн, как никогда, нуждается в поддержке.
Грэн посмотрел на нее с благодарностью.
Большие камни когда-то составляли часть естественного пейзажа. Там, где раньше бежал ручей, сейчас были только грязь и галька. На них росли трава и осока. Люди увидели растение, у которого коробочки с семенами раскачивались на высоких стеблях. Это растение привлекло их внимание еще тогда, когда они находились на айсберге. Яттмур в шутку назвала их сталкерами[2], и лишь со временем все поняли, каким точным оказалось это определение.
По камням, словно большая застывшая змея, бежали корни сталкера.
— Посмотри, какие странные эти растения, — усмехнулась Яттмур. — Они растут почти везде.
— Самое интересное, что корни одного растения могут срастаться с корнями другого или уходить в землю, — сказал Грэн, приседая возле двух сросшихся корней, один из которых уходил к одному растению, другой — к другому. А в том месте, где корни срослись, они, огибая камень, сквозь трещину уходили вниз, к земле.