• использовать его по своему усмотрению;
• разрешать или запрещать использование другими лицами;
• обнародовать или хранить произведение в непубликованном виде;
• дарить, продавать, передавать права третьим лицам.
Автор также сохраняет за собой личные неимущественные права:
• право авторства;
• право на имя;
• право на неприкосновенность произведения;
• право на его обнародование.
Глава 15. Не унимающийся жар во всем теле.
От лица Ульяны.
— Ммм, как жарко... — тихо стону про себя, но ощущение такое, будто кричу на весь мир. Я начинаю ерзать на сиденье, не в силах справиться с накатывающим жаром. Каждая клеточка моего тела словно сгорает, и на инстинктивном уровне я судорожно растягиваю пуговицы платья в области груди. В голове лишь одна мысль: «жарко... очень жарко». Особенно пылает там, в самом центре моих чувств. Пульсирующее тепло разливается по всему телу, а эпицентр этого жара — место между ног. Я чувствую себя оголённым проводом, искрящимся от желания. Но какого именно?
Я чувствую, как мои трусики, словно издеваясь, начинают намокать. Что же мне подсыпали? Наконец, разлепив глаза, вижу мощные мужские руки, заключенные в рубашку с закатанными до локтя рукавами. Боже, какие они сильные! Он сжимает руль, и я замечаю, как по его рукам перекатываются мышцы, а вены выступают от напряжения — волнения за меня и злости на тех ублюдков.
Как же мне хочется, чтобы он прижал меня к своей горячей и могучей груди! Эти мысли заставляют меня ещё больше ерзать на сиденье его машины, а влага лишь усиливается. Мне кажется, что скоро я оставлю след на кресле, и за это мне станет ужасно стыдно. Я не замечаю, как приближаюсь к Тимуру и начинаю маниакально гладить его руки, словно это не я делаю, а кто-то другой — а я просто сижу рядом и наблюдаю.
— Как ты себя чувствуешь, милая? — беспокойно спрашивает Тимур, едва отвлекаясь от дороги, чтобы бросить на меня взгляд, а затем снова сосредоточивается на дороге.
Он всегда ездит аккуратно и не отвлекается, когда я рядом.
— Ульяна? — настороженно спрашивает Тим, его голос звучит как эхо в тишине.
— Хочу поцеловать их, укусить, — вырывается из меня, словно шепот, когда я не отрываю взгляда от его безупречных рук. — И залезать, укус... — добавляю, вдыхая его аромат.
Сегодня он пахнет особенно ярко, каждая нота его парфюма и геля для душа словно обостряет мои чувства. Я теряюсь в этом облаке, которое окружает его.
Тимур резко тормозит на полупустой дороге, и вокруг нас раздаётся гудение недовольных автомобилей. Водители сигналят, возмущённые его неожиданным манёвром, но никто не останавливается, чтобы выяснить отношения. Все они просто проезжают мимо, погруженные в свои дела. Но для меня это не имеет значения.
В этот момент мир словно исчезает, оставляя лишь его могучие руки, крепкую шею и волевые скулы. Я не могу отвести взгляд от слегка пухловатых жёстких губ. Вся реальность сужается до него одного: только он живёт в моём сознании, только он заполняет мои мысли. Я хочу его полностью, без остатка, эгоистично и безвозвратно.
Теперь мне стала ясна фаза, которую они так долго ждали. Для нас это похоже на то, как отпустить дикого волка с цепи на свободу. Главное — не сгореть от того огня, который мы так жаждем разжечь. Но сейчас мне на всё плевать; сейчас я хочу его и только его.
Тимур медленно поворачивает голову, словно осторожно приближаясь к клетке со зверем, боясь спровоцировать его.
— Что? — шокировано спрашивает он, не веря своим ушам.
На мгновение наши взгляды пересекаются, и я не выдерживаю той бурной энергии, что кипит в нас. В моей голове раздаётся освобождающий гонг, снимающий все запреты. Я резко поддаюсь к Тимуру, обхватываю его лицо и мы сталкиваемся в страстном поцелуе.
Секунда, и Тимур тоже теряет контроль, отключая все нормы приличия и притягивая меня ещё ближе к себе. В какой-то момент в памяти всплывает мысль о том, что Тундра затонирована в ноль, лишая хорошую девочку во мне последней преграды. Я поддаюсь первобытному желанию и перебираюсь к нему на колени.
С тихим стоном и подобием дикого рычания Тимур помогает мне устроиться удобнее, прижимая меня к своему готовому солдату. В этом моменте время останавливается, оставляя только нас двоих, погружённых в океан страсти и безумия.
Обхватив его затылок левой рукой, я зарываюсь в короткие волосы, подстриженные машинкой под тройку, и слегка оттягиваю его голову в сторону, словно вампир, жаждущий живительного источника. Я впиваюсь в его шею, но на мгновение отрываюсь, чтобы поцеловать контур его нижней челюсти, прежде чем снова вернуться к его шее. Поднимаясь чуть выше к мочке уха, я посасываю её, слегка прикусывая зубами, а затем вновь опускаюсь к его шее.