В голове что-то с треском встает на место. Острая, неприятная догадка.
— Держите его! — Настя бросается прямо на него.
Мужик роняет еду и пытается сбежать, «цыпленок» за ним. Из палатки выскакивают наши и начинается хаотичная, нелепая погоня посреди лагеря. Беглец петляет, я его настигаю у «буханки», хватаю за капюшон и прижимаю к холодному металлу.
— Спокойно, дружище, — говорю я ему тихо, но так, что он замирает. — Объяснись. Чего это ты бегаешь? Совесть замучила?
— А че она за мной-то?
Настя останавливается в паре метров от нас и сгибается пополам. Тяжело дышит и смотрит на мужчину.
— Это тот самый потеряшка, — выдыхает она.
Я в принципе так и понял, а Виктор бледнеет, глаза его лихорадочно мечутся.
— Отпусти… Я ниче…
— Может ты что-то путаешь? — смотрю на «цыпу» выразительно.
— Нет, это он в лесу водку хлестал, — она сверкает глазами. — И послал меня куда подальше!
Ребята обступают нас плотным кольцом, лица у всех недоуменные.
— Говори, — давлю я, не ослабляя хватки. — Не томи. Как ты в лесу оказался и потерялся?
Он оглядывает круг суровых, заинтересованных лиц и сдувается.
— Да я не терялся, блин! — выпаливает он. — Ваша начальница заработать предложила. Сказала, типа, посиди в лесу, потом тебя найдут и она даст денег. Я ж не виноват!
Вокруг воцаряется гробовая тишина. Я отпускаю недопотеряшку и отхожу на пару метров, чтобы не сорваться. Глубоко дышу и чувствую, как по мне разливается не злость, а тяжелое, грязное разочарование.
Не глядя ни на кого, иду к штабной палатке, вхожу внутрь и застываю, глядя в лицо Ольге. Она, как ни в чем не бывало, листает бумаги.
— Влад! — улыбается, увидев меня. — Ну что, как выезд? Я слышала, что нашли нашего «страдальца? Отлично сработано, впрочем, как всегда. Как блогерша? Материал получился?
Она смотрит на меня, и в ее глазах непробиваемая уверенность в своей правоте, а я едва сдерживаюсь, чтобы не нагрубить. Подхожу ближе и упираюсь ладонями в стол.
— Оль, ты в своем уме? — голос крайне сдержанный. — Ты инсценировала поиски с фальшивым потеряшкой? Ради хайпа? Ты понимаешь, что мы могли в это время реального человека искать?
Она даже не моргнула. Откинулась на спинку стула.
— Влад, не будь букой. Все живы, все целы. Никто больше не пропадал. Разве не так? Никто не пострадал. Зато какой будет эффект! «Настоящие поиски глазами блогера» — это же чистый бриллиант. Люди увидят вас, и спонсоры выстроятся в очередь. Ну, скажи, как там репортаж? Все хорошо?
У меня от ее слов начинает давить на висок.
— «Хорошо»? — повторяю я. — Оля, мы не в реалити-шоу. Ты поиграла в живых людей, как в куклы. Ты использовала их доверие. Что с тобой?
— Я спасаю отряд! — ее голос крепчает, становится твердым, как лед. — Ты думаешь, деньги с неба падают? Без пиара мы загнемся. Это был жесткий, но единственный эффективный ход. Не учи меня работать!
Я смотрю на нее и понимаю, что разговор бесполезен. Она в своем броневике рациональности. Вынужденно отступаю к выходу, ощущая пустоту и усталость.
— Играй одна, — бросаю на прощание. — Без меня.
Выхожу к костру, сажусь на пенек, протягиваю руки к огню. Ребята молчат, все понимают. Кто-то сует мне в руку кружку. Грею ладони.
И тут начинается вторая часть спектакля. Настя, уже сбросившая мою куртку и вернувшаяся в свою желтую, встает на самое видное место. В глазах — решимость. Она поднимает свой телефон на вытянутой руке, делает глубокий вдох и включает камеру.
— Итак, друзья, финальный лайв с места событий! Поиски завершены, и…
Телефон издает жалобный писк. Экран вспыхивает и гаснет. Она тыкает в кнопку. Ничего. Еще раз. Тишина. Батарея, которая садилась в лесу, наконец-то сдалась окончательно.
Чудина стоит с мертвым гаджетом в руках, на лице маска драматического разочарования. Потом ее взгляд медленно, очень медленно ползет ко мне. К моим рукам, к моему телефону, торчащему из грудного кармана
Она делает пару неуверенных шагов в мою сторону. Все вокруг замирают, наблюдая. Настя останавливается передо мной, подняв на меня огромные, умоляющие глаза. Улыбка смущенная, виноватая, полная надежды.
— Влад… — начинает мелодичным, заискивающим шепотом. — А можно… я у вас телефон на секундочку одолжу? Ну пожа-а-алуйста? Я только концовку запишу… Очень коротенькую, обещаю!
Я медленно поднимаю на нее взгляд. Все мое тело, кажется, замирает. Все кроме нижнего века, которое начинает мелко, но отчетливо дергаться. Шикарно, еще и глаз задергался сам по себе.