Не то чтобы это была новая история; не то чтобы для духов она всегда заканчивалась хорошо.
— Всё в порядке, — сказал я, — я разберусь с этим.
— Ты не обязан, — бросил он, — ты не обязан рисковать существованием и разумом только потому, что две пьяные дуры решили поиграть в великих магов. Ты ничего им не должен; ты достаточно им отдал, если уж на то пошло. Твоё существование — не их игрушка для забавы, и спасение их — не твоя обязанность.
Я посмотрел на него с лёгким сомнением в его адекватности.
— Ты же понимаешь, что такого рода договор так просто не порвать? — уточнил я.
Не то чтобы я сомневался в его интеллекте, но порой моего братца несло по кочкам в неведомые дали.
— Но способы есть, не так ли? — приподнял бровь он. — Об этом даже в сказках писали, полно. Ты прекрасно знаешь, о чём я.
Я не сдержался и фыркнул.
— Только не говори мне, что ты отдал свои волосы какой-нибудь ведьме?..
— Я, слава всему, не юный пустоголовый морской дух — такой дурью маяться! И сил у меня побольше будет, потому грязную часть всего я не повешу на тебя. Всё проще, пихтовый мой брат: я действительно стал намного могущественнее, будучи “персонажем из книги”. И в нашем мире контракт недействителен, если уничтожен один из контрагентов… Я могу позаботиться о том, чтобы этот договор больше не был твоей проблемой.
Ох, брат мой, только ты…
— Ты точно уверен, что ты — не впечатлительный юный морской дух? — не мог не пошутить я. — К чему весь этот драматизм? Всё будет, как будет, и судьба духов — зависеть от правил и имён. Что бы ни случилось, я спокойно приму это…
— Но ты не должен! — его глаза сияли нечеловечески-ярко, и снежный узор на стене под его взглядом начал приобретать форму плюща. Я осторожно отвёл глаза официантам и вздохнул: кажется, тисовый братец испытывал по этому поводу куда больше эмоций, чем он готов кому-либо признаться. Это на него очень похоже. — Мы не можем зависеть от капризов людей!
— Мы зависим от капризов судьбы, где люди — лишь орудие…
— Ты слишком легко с этим смиряешься.
— Просто принимаю правила игры, — а потому очень, очень не хочу, чтобы ты платил цену за откат. И, коль уж мы заговорили о сказках…
Сёстры той русалки отдали за свою одержимую человеком сестрицу не просто косы; сила или не сила, но даже для Тисового Принца из знаменитого книжного цикла прервать чужую сделку смертью контрагента — поступок с тысячей кошмарных последствий для духа. Я знаю, что он всё ещё сделает это. Он никогда не признает этого вслух, но для него есть существа, ради которых он сделает всё. В этом списке даже значится один человек, даже если этот факт братец-тис будет отрицать до последнего вздоха… Он бы заплатил за меня самую высокую цену.
Именно потому я никогда не позволю ему этого сделать.
В конечном итоге, то был мой выбор — дать людям моё имя и власть надо мной. Я, как и глупый морской дух, привязался к людям слишком сильно. Даже если, в отличие от упомянутого морского духа, сделал это не из эгоистично-одержимых соображений, это не меняет простой и понятной истины: за последствия отвечать только мне.
— Ты не можешь всерьёз рисковать самим своим существованием из-за чьего-то каприза! — вот теперь он по-настоящему злится.
Злиться от страха? Как по-человечески, братец-тис… Впрочем, стоило ожидать, что мир людей врастёт в тебя так же, как ты в него — медленно, но неотвратимо.
— Я запрещаю тебе вмешиваться в эту сделку, — сказал я твёрдо, придавая словам остроту и вес. — Это — между мной и человеком. Я разберусь сам.
По его лицу скользнула тень.
— Ты не разберёшься, — сказал он. — У тебя нет определённого приказа, придётся постоянно находиться рядом. Ты слишком добр, и с людьми так нельзя. Нам нельзя, по крайней мере. Начнётся энергообмен, ты привяжешься, и это только ещё больше осложнит и без того дурацкую ситуацию…
“Это то, что случилось с тобой?” — хотел спросить я, но вовремя прикусил язык. Я жить ещё хочу, спасибо большое. Да и опять же…
Понятное дело, мы привязываемся. Понятное дело, редко кончается хорошо. Глупая морская девица — не исключение.
Даже если отбросить очевидные типы проблем, вроде очень часто встречающихся предательств, вольных или невольных, человеческий век для нас — не минута, конечно, но всё ещё очень мало… Но действительно ли это значит, что привязываться не стоит?