Кира тихо чертыхнулась. Спрятала телефон в пенал, вжикнула молнией, вытянула шею, пытаясь рассмотреть через плечо Вика хоть часть решения самостоятельной. Бесполезно. «Ну ты и раскабанел, братец!» — зло плюхнулась на место. Посмотрела на самостоятельную, поморщилась, как от удара: решать совершенно не хотелось. Не то чтобы контрольная была сложная, но после пяти баттлов, три из которых были неуспешно проиграны, настроение испортилось. Да и времени на решение оставалось минут пятнадцать.
Кира снова вжикнула молнией пенала, облизала разбитую на вчерашней тренировке губу, стрельнула взглядом по классу. Большая часть сидела, уткнувшись в листочки.
— Кир, а если и тебя спалит? — прошипела Алёнка, которая, косясь краем глаза на Марка Сергеевича, умудрялась списывать с листочка, переданного Снежкой.
— Морок-то? — презрительно фыркнула Кира, глядя на учителя с импозантной угольно-чёрной бородкой. — Ему корона давит подойти к нашей парте.
— Да причём тут он? — фыркнула Алёнка, скомкала листок и сунула его в карман красно-оранжевой сумки. — Я про рыжего.
Кира вздохнула. Прошло ровно две недели, как Кощей представил своему классу нового ученика — Муромова Илью. И Илья этот был таким же мутным типом, как и Кощей. Имя. Фамилия. Перевёлся среди года из предыдущей школы по личным причинам. И всё.
А потом начался ад.
Как оказалось, Илья этот мало того, что оказался жутким выскочкой, вызывавшем лишь одно желание — засветить так, чтобы ночью фонарём работал, так ещё и ябедой страшным. Последний раз Кира видела таких ябед в третьем классе. Но эта девочка почти сразу же перевелась в другую школу. Затравили, бедолагу. Но с Ильёй так вряд ли бы получилось. Натура ябеды настолько крепко вросла в него, что трави не трави, а он будет всегда считать себя правым. По крайней мере, так казалось Кире.
Она стрельнула взглядом в Муромова. Он писал контрольную. Ну, или делал вид, что пишет. Всё одно. Кира разблокировала телефон, зашла в браузер. Начала забивать задания. Морок в отличие от Кощея никогда не составлял тестовые задания сам, просто брал две готовые контрольные. Давал название от одной, а задания — от другой. Многие любители списывать так спалились. Победителем, конечно, был Филипп Черных — аж пять раз. А вот Кира спустя две контрольные просекла тему Морока, поскольку в информатике довольно-таки неплохо разбиралась и сразу поняла, что никак не мог получиться ответ восемнадцать килобайт в минуту к задаче, где требовалось найти количество информации. Она нашла нужную контрольную, прочно спрятала телефон в пенале, заложив его ручками-карандашами и принялась спешно выводить нужные ответы и делать в черновике вид, что решала сама.
Кира написала почти половину, ткнула пальцем в экран телефона, чтобы тот не погас, но тут же почувствовала, как холодок пробежался по телу. Профессиональная реакция на чужой взгляд. Кира резко обернулась и наткнулась на хитрый взгляд карих с коварной желтизной глаз Муромова.
— Марк Сергеевич! — Илья был рад вновь показать и новым одноклассникам, и учителям, что он один из самых лучших и бдительных учеников. — А у вас тут списывают!
Кира сверлила Муромова пристальным взглядом и тяжело дышала. Не сделала никаких попыток убрать телефон или даже угрожать. Она лишь растянула губы в кривой ухмылке, не предвещающей ничего хорошего. «Подумаешь, мне люди и покрупнее угрожали!» — Илья пригладил волосы, скрывая красный шрам от лезвия месячной давности чёлкой. Только во взгляде Киры было что-то кроме угрозы. Какой-то немой укор и даже презрение. Илья поморщился. Почему-то сейчас это презрение во взгляде его задело.
— Кто списывает, Муромов? — гулко спросил Марк Сергеевич уже раз в третий.
Илья сглотнул, обвёл взглядом класс. Алёнка похлопала Киру по коленке и утешающе ей улыбнулась. Кира коснулась лопнувшей от беспрестанного покусывания губы, потёрла окровавленные подушечки пальцев, вздохнула. Ещё раз кинула взгляд, полный презрения, на Муромова.
— А вон, Орлова Филу подсказывает.
Варя, до этого разъярённо махавшая Филу указательным пальцем, чтобы показать двоичный код, вздрогнула, нервно усмехнулась, сжав руку в кулак:
— Неправда! — как только рука Вари сжалась в кулак, Фил уверенно поставил нолик в конце двоичного кода.
Арт, сидевший рядом, мягко улыбнулся и утвердительно кивнул. Фил сжал руки в кулаки. Морок подошёл, взял у Черных работу. Пробежался взглядом по недоделанным номерам, потом подошёл к Варе.
— Ну, раз уж Орлова, — фамилия в речи Марка Сергеевича царапнула Варин слух, она почувствовала, как краснеет ещё сильнее, — всё сделала, то, я думаю, она может сдать работу и идти за дверь. Артём, передай вашему классному руководителю, что я хочу поговорить с ним по поводу успеваемости Черных и Орловой.
Арт сдавленно кивнул, глядя на Варю, нарочито медленно собиравшую ручки и карандаши, которые тоже помогали в подсказках Филу, в пенал. Варя собрала рюкзак, застегнула молнию, молча прошествовала к двери, нервно вертя на пальце кончик косы. Обернулась к классу, замершему в оцепенении. Столкнулась взглядом с Ильёй. Пару секунд смотрела в его глаза, думая: «Тварь ты. И тебе не жить здесь». Илья не смог долго выдерживать взгляд, полный ненависти, отвёл глаза. И, в чьи бы глаза ни заглядывал, всюду видел лишь презрение. Весь класс как будто кричал, что он здесь чужой.
Тяжёлая дверь захлопнулась за Варей.
— Ну, чего замерли? Или все уже всё сделали? — грозно сдвинул густые чёрные брови Морок, а потом отвернулся к доске.
Кира и Алёна недоумённо переглянулись, сдавленно хохотнули, а потом посмотрели на Илью. Тот удивительно мягко и искренне улыбнулся, а потом, пошуршав ручкой по блокнотному листу, показал надпись: «Не хотелось подставлять тебя». Кира натянула на лицо благодарную улыбку, а потом, страдальчески сдвинув брови, посмотрела на Алёнку.
— И что это значит?
— Ну, я, конечно, не знаток. Но если парень из-за тебя изменяет своим привычкам, то это что-то да значит, да?
— Но он подставил других! — Кира швырнула ручку в сторону и запустила руки в короткие волосы. — И что мне делать?
Алёнка пожала плечами. Она и вправду не знала, как поступить с Ильёй. С одной стороны, он подставил отличницу и олимпиадницу, да ещё и Фила, который и так ходил по краю пропасти. А с другой — он не подставил их с Кирой. «Сначала я бы сказала ему «спасибо», а потом врезала бы с разворота!» — решила для себя Алёнка, но Кире говорить об этом не стала. Всё-таки Кира как КМС по кикбоксингу обладала большей силой ударов. А новенького всё-таки было жалко. Немного.
Когда Варя вышла, хлопнув дверью, Фил с Артом переглянулись. Коротко кивнули друг другу. Арт показал на Фила, потом показал один палец. Фил помотал головой. Арт кивнул. Фил закатил глаза. Швырнул все вещи в рюкзак. Было слышно, как пенал стукнулся об экран планшета. Фил решительно встал и направился к двери.
— И куда ты собрался, Черных? Урок ещё не окончен.
— Ну, вы ж забрали работу у Вари и отправили её за дверь. У меня вы тож работу забрали, ну, я пошёл.
— Я тебя не отпускал.
— Ну раз уж я всё сделал и работу сдал, то тоже могу идти за дверь. Или у вас неравное отношение к детям? Дискриминация по признаку ума? Неправильно, Марк Сергеевич. Я ж не такой дурак, как кажется.
Хохотнув, Фил грохотнул дверью с такой силой, что, кажется, завибрировали стены класса.
— Так, — Морок шумно втянул носом воздух, пытаясь отойти от выходки Фила — он терпеть не мог, когда ему не подчинялись. — Кто ещё желает выйти за дверь?
Арт спокойно поднял руку. И пока Морок задыхался от возмущения, Артём положил свою самостоятельную на стол учителя, закинул на плечо красно-серый рюкзак и вышел. Молча. Не говоря ни слова. Потом заглянул в класс:
— Вы по-прежнему хотите видеть Кощеева?
— Да! — рявкнул Морок, так что все в классе подпрыгнули.
— Ладно, — пожал плечами Арт и тихо закрыл за собой дверь.
Все нутром чувствовали, что что-то намечалось. Особенно Илья. У него даже не под кожей, а где-то прям глубоко внутри засаднило. Неприятно. Колюче. Одноклассники, посверлив Илью ещё какое-то время колючими и полными презрения взглядами, отвернулись. Оставалось пережить оставшиеся минуты до звонка. И биология. И домой.