– Мам, у тебя губы грязные! А почему ты так странно одета?
- Это чтобы тебя забрать, Митя.
Вытерев глаза, Анна встала.
- Как ты смог выбраться?
- А там один дядя Вася слабенький, я сразу это понял! Все остальные про меня забыли, потому что там папа что-то страшное говорит! Вот они и перепугались! Пойдем смотреть!
И мальчишка ринулся на поляну так быстро, что Анна и глазом не успела моргнуть.
Она всплеснула руками. Увидев, как подозрительно смотрит на нее взрослый дух, похожий на отца Савелия, Анна перестала притворяться и быстро пошла за сыном.
...
Штольман и Миронов о чем-то переговаривались, стоя под раскидистым кленом. Толпа духов уже рассеялась. Бывший их предводитель стоял посреди поляны, и лицо его было ужасным.
- Ты! – Савелий наставил скрюченный палец на мальчишку.
- Это ты привел этих лгунов ко мне! Я обещал тебя развеять через три дня, но ты меня обманул! Я покажу тебе, что значит ослушание…
Глаза старца полыхнули черным огнем. Мальчик вскрикнул. Анна подбежала к нему и заслонила своим телом. Цилиндр ее упал с головы, собранные в узел волосы рассыпались.
- Это девчонка! – закричал Василий.
Яков подошел сзади, привлек жену к себе, ладонью подозвал сына. Закрывший глаза маленький призрак попытался вжаться в родителей. Анна глубоко вздохнула.
«Это мой малыш. Я никому не позволю причинять ему боль».
По жилам ее побежала горячая волна, которая вышла за пределы тела и накрыла Митю. Мальчишка приоткрыл один глаз. Анна сосредоточилась.
«Митенька, держись, я не дам тебя в обиду»
Митрофан выпрямился. Боли больше не было. Он кинул в Савелия шишкой и заорал:
- Буря мглою небо кроет,
Кто-то в склепе бряк да бряк, Это зубками бряцает Боязливый вурдалак!
Юный рифмоплет чувствовал себя прекрасно. Он уже отцепился от родителей и шагнул вперед, продолжая упражняться в остроумии.
Старый дух сжал указующий перст в кулак.
- Ты пожалеешь, женщина. Ты не сможешь защищать его всегда!
На этих словах он повелительно махнул рукой, зовя за собой Василия, и отступил к склепу.
Напряжение покинуло Анну, а земля вдруг стремительно бросилась ей навстречу.
…
- Анечка…
- Мама, проснись!
- Аннет!
От просительных и требовательных криков, от ласковой руки Штольмана, гладящей её по щеке, Анна очнулась. Поморгав, она села на земле и осмотрелась. Кроме Мити, никого из призраков на поляне не было.
- Он ушел?
- Ушел, мам!
- Как ты меня напугала, Аня, – муж поднял ее на руки, усадил на ближайший камень и присел перед ней на корточки.
- Ты как себя чувствуешь? Посиди немного и уходим, хватит на сегодня приключений. Петр Иванович, здесь какой-то одр по дорожкам ходит, найдите его, пожалуйста.
Анна хихикнула, совсем как Митя. После вызволения сына из призрачных лап маньяка к ней быстро вернулось хорошее настроение.
- Яков, ты хочешь меня на кладбищенской телеге прокатить? Я уж лучше сама.
Она встала и улыбнулась своим мужчинам. Мальчишка широко раскинул руки, обнимая родителей, Яков погладил его по бесплотной вихрастой голове, а примчавшийся с Финского залива ветер растрепал волосы Анны.
- Штольманы… – задумчиво произнес Петр Иванович, глядя на родственников.
- Вы на одном собираетесь остановиться? Какой-то у вас вид очень… семейный. Будто вас уже много.
Обломанная ветка вдруг сама по себе взлетела с земли и нарисовала на пыльной тропинке двух человечков побольше и одного маленького. Затем еще одного. И еще.
- Нам за одним-то пока не угнаться, – покачал головой Штольман.
Хохочущий Митрофан нарисовал еще одну крохотную запятую, подбежал к Анне и о чем-то шепнул ей на ухо. Анна прыснула в ладонь. В ответ на вопросительный взгляд мужа она с трудом сделала серьезное выражение лица.
Яков вздернул бровь.
- Дмитрий?
- Я сказал, что у мамы скоро появится новый мужчина, – лукаво ухмыльнулся маленький негодяй, но тут же хихикнул: – Весом 10 фунтов.
Удержав улыбку, Штольман поманил к себе Анну.
- Господин Лазюкин, я вижу, вы пришли в себя. Можно вас на пару слов.
Она вздрогнула. Таким голосом Штольман предупреждал ее не ходить по кладбищу одной, а она опять забыла. Анна оглянулась. Петр Иванович весело насвистывал, заинтересовавшись белкой на дереве, Митя дорисовывал на тропинке человечков. Посреди поляны валялся потерянный Анной цилиндр. Она подошла к нему, запрокинула голову, огладила распущенные волосы, завязала их в высокий узел.
Яков ждал. В сощуренных его глазах, наблюдавших за каждым движением жены, плясали странные искры.
Отряхнув шляпу, Анна нахлобучила её на голову, приблизилась к Штольману. Оборотившись к призраку, Анна сказала:
- Митя, не отходи от меня дальше, чем на пару шагов, чтобы этот мерзкий старик не смог до тебя добраться.
- Да, Яков Платонович? – она подняла на мужа невинный взгляд.
Штольман сунул руки в карманы. Покачавшись на пятках, он склонился к уху Анны.
- Все это, Анна Викторовна, вас не спасет, – горячий шепот, которым Яков подкрепил свое обещание, заставил её забыть о мужской одежде и стоявшем неподалеку дядюшке.
Белка на дереве прицокнула от изумления. Петр Иванович ушел изучать склеп, а давящийся от смеха Митя накарябал в пыли большое сердце.
И опять упал цилиндр.
====== Глава 7. Сахарница ======
Девушка томно улыбнулась, вызвав ответную улыбку Штольмана. Услышав тихую просьбу, он взял у проходившего мимо официанта два бокала, вручил один из них даме. Она грациозным жестом коснулась его рукава. Яков приблизился на полшага, что-то прошептал собеседнице на ухо, и та рассмеялась, рассыпав по комнате нежное стаккато. Тонкие пальцы скользнули по мужской ладони, розовые губы чуть приоткрылись, карие глаза пообещали удовольствие.
Штольман глубоко вздохнул и взглядом позволил себе лишнее.
Опустив глаза, девушка отставила бокал, покопалась в изящном ридикюле, выудила оттуда крохотный блокнот с карандашиком и набросала несколько слов. А затем ловко сложила лист и опустила его уголком в нагрудный карман мужчины, сопроводив движение медленным поглаживанием.
Яков произнес что-то, отчего щеки девушки порозовели, а сама она пробормотала извинение и тут же убежала. Штольман задумчиво посмотрел ей вслед.
Наблюдавшая за этими двумя Анна обхватила себя руками. Ей стало зябко.
«Как он мог? Так смотреть на эту… Так ее разглядывать… Он же чуть ли не взял ее прямо на паркете!»
Стараясь идти ровно, она прошла через весь зал и остановилась перед мужем.
- Яков Платонович? – вопросила она.
Взгляд его стал непроницаем.
- Анна. Я не видел, как ты вер…
Не дав договорить, Анна ударила его по лицу. Злые слова рвались наружу, но она сдержалась, повернулась к нему спиной, вышла из зала и лишь тогда расплакалась в полутемном коридоре.
«Как он мог???»
…
Проснувшись с ощущением рези в глазах, Анна протерла лицо, подняла голову.
- Плохой сон, милая? – Штольман сел на постель и поцеловал жену в щеку.
- Доброе утро.
- Д-д-доброе…
- Яша… Я сейчас видела, как ты…
Анна помотала головой.
- Нет, не буду, глупости. Ты бы так не сделал.
- Чего не сделал, Анечка? – ласковые его руки уже пробирались под ночную рубашку.
Услышав скрип, Яков остановился.
Дверь шкафа открылась и на пол посыпались вещи, сопровождаемые бормотанием «не, не то». Наконец с верхней полки выбралась мужская рубашка и, помахивая рукавами, полетела к Анне.
- Митя, прекрати. Навести-ка ты бабушку Ангелину, – Штольман отмахнулся от белого крыла.
По возвращении с кладбища Анна спросила Митрофана, почему он не исчез, когда встретил отца Савелия, ведь маленький дух мог почти в любой момент отправиться в горний мир. На что мальчишка сказал, что сделать так в склепе сразу не догадался, а потом было уже поздно, и по лукавой мордашке Яков понял, что «потом» Мите просто понравилось изводить своих призрачных тюремщиков.