Вот только тут не нашлось ни одной газовой или электрической плиты — ничего из того, что могло бы вызвать огонь для приготовления пищи. Но само пламя здесь присутствовало — в виде маленьких рыжих огоньков, лизавших закопченную сковородку, стоявшую чуть в стороне от остальной посуды на каменной доске. И не было ничего странного в том, что огонь горел сам по себе без присмотра хозяина, возникая будто бы прямо из воздуха. Бытовая магия давно применялась в повседневной жизни монстров, поэтому не возникало вопросов, почему элементаль не нуждался в настоящем гриле. Гораздо больше сбивало с толку то, что и без того слабое пламя с каждой секундой становилось всё меньше, будто кто-то невидимый стремился его задуть. Крохотные язычки огня слегка трепетали и подрагивали, готовясь вот-вот погаснуть, а это было не очень хорошим знаком для того, чьими силами они поддерживались.
— Гриллби? Ты здесь? Отзовись! Хватит распалять наше воображение! — не выдержал Санс, переполошив тем самым и без того нервную стаю. Догго с перепугу наступил на лапу Догами, отчего тот с воплем повалился на свою жену. Малый Пёс, которого ни каким образом не касалась эта «весёлая куча-мала», с угрюмым видом попытался взять след бармена, обнюхав фартук, брошенный на кухонном стуле. И это ему удалось. Спустя пару минут и несколько ругательств, гвардейцы уже поднималась по лестнице, которую они проходили ранее. На площадке второго этажа их встретил тяжелый запах мокрого дерева. Дверь в спальню Гриллби оказалась открыта. Когда разношёрстная компания ввалилась в комнату, сразу обнаружилась проблема — на полу, будто мины, собрались огромные лужи талой воды. И первое, что бросилось в глаза вошедшим — насколько данное место отличается от того, что они видели внизу.
Так выяснилось, что Гриллби ютился на мансарде — под самой крышей. И это было скромное во всех смыслах помещение, в котором умещалась кровать, платяной шкаф, единственный стул и огромный камин. Судя по всему, хозяин дома приходил сюда лишь для того, чтобы переночевать — личных вещей тут было не так уж и много. И что удивительно, здесь оказалось сравнительно светло. Вот только свет этот был прерывистым, как сердцебиение умирающего, и шёл он со стороны камина, куда уже подбирались холодные ручейки воды, натёкшие из разбитого окна и прохудившейся крыши. Не так давно прошёл сильный снегопад с ветром, поэтому-то старый дом не выдержал и буквально дал течь. Но пугало совсем не это, а то, что тем самым гаснущим «светильником» оказался Гриллби, загнанный в угол камина враждебной для него стихией. Огненный элементаль неподвижно сидел на куче пепла, привалившись к чугунной решётке спиной и свесив голову. Весь его вид говорил о том, что ему срочно нужна помощь. Цвет пламени Гриллби стал тёмно-красным, почти бордовым, хотя обычно он был ярко-оранжевым. Теперь же его естественный огонь скорее тлел, чем горел, и это было ужаснее всего. Ведь температура в комнате с каждой секундой опускалась всё ниже, а Гриллби больше не мог поддерживать свой внутренний жар самостоятельно. Только не здесь и не сейчас, когда влажность и ветер с улицы сделали своё дело, превратив помещение в настоящий морозильник.
Даже псы, не отличавшиеся особым интеллектом и прозорливостью, поняли, что надо что-то делать и как можно скорее. Но выбор конкретных действий для спасения бармена вызывал затруднения, ведь изначально у стражников не имелось никакого плана. Они привыкли выполнять приказы начальницы, но, к сожалению, самой Андайн не оказалось в Сноудине, поэтому некому было гаркнуть и сказать, чем им заниматься в первую очередь. Догго героически попытался сосредоточить взгляд на неподвижном теле Гриллби, Малый Пёс предпринял попытку завыть на разбитое окно в знак траура, а Догами с Догарессой зачем-то ринулись его успокаивать. И эта небольшая заминка могла бы с легкостью перерасти в настоящую панику, если бы Санс вовремя не дал команду «Служить!», которую гвардейцы дружно проигнорировали, но как бы приняли к сведению. Постепенно до них стало доходить, что отверстие в крыше, вода и сквозняк странным образом взаимосвязаны и как-то поспособствовали плачевному состоянию огненного элементаля. И это открытие привело их к определённым выводам: дыры следовало чем-то закрыть, а лучше заделать.
Не сговариваясь, Догами и Догаресса стали стаскивать с постели плед, чтобы им хоть как-то занавесить развороченное окно и тем самым устранить сквозняк. Малый Пёс отправился на поиски ведра с тряпкой, а Догго вызвался поговорить с местными жителями, оставшимися караулить на улице и ожидавшими от гвардейцев новостей. Все были обеспокоены судьбой Гриллби и занимались делом, призванным облегчить ему участь. А Санс, о котором уже успели подзабыть, спокойно пододвинул к камину стул, взял из специального держателя меха для растопки, набрал в них побольше воздуха и направил на едва тёплые угли. Сначала ничего не происходило, но спустя минуту или две они начали постепенно разгораться и пускать мелкие искры. Санс с серьёзным видом вывернул карманы и без зазрения совести высыпал в камин ворох счетов, что с завидным постоянством ему присылали налоговые службы. Сухая бумага разом вспыхнула, немного разогнав мерзкую сырость, витавшую в воздухе, а элементаль, словно почуяв ускользающее тепло, вдруг пошевелился и с трудом поднял голову. Это ему удалось сделать в несколько приемов. Сначала он лишь слегка покачнулся, а потом вдруг поддался всем телом вперёд, но не упал, успев вцепиться руками в печную заслонку.
Гриллби вёл себя странно, да и выглядел, мягко говоря, нездорово. Такое впечатление создавалось не только из-за изменившегося цвета пламени, но и из-за того, как именно держался сам элементаль. Выправка, которой мог бы гордиться любой военный, теперь отошла в прошлое, а обычно безукоризненный костюм бармена был помят и измазан в саже. Очки же, как элемент привычного образа, и вовсе отсутствовали. Гриллби беззащитно сощурился, стараясь без помощи линз разглядеть того, кто теперь гордо исполнял роль его «личной сиделки». Санс добродушно помахал ему рукой и возвестил:
— О, привет, Гриллби! Ты уже очнулся? Я рад, что мне не пришлось использовать ещё и кочергу, чтобы привести тебя в чувство. А то это могло бы показаться невежливым. Не каждый же день тебя кто-то тыкает палкой, чтобы понять — чадишь или нет.
Гриллби помотал головой, будто тщетно пытаясь сбросить морок, а потом уставился на двух стражников, старательно затыкающих несчастное окно одеялом. Подобное могло привидится лишь в страшном сне. Командная работа супружеской чете удавалась с легкостью, но не объединение сил на творческом поприще, где упор шёл на эстетический вкус, который у них слишком различался. И в данный момент Догаресса доступно объясняла Догами, что он делает не так и почему. Дискуссия как раз достигла апогея и касалась расположения цветочного принта, который почему-то никак не хотел становится в середине проёма. Поэтому-то оба гвардейца и не обратили внимание на то, что бармен уже очнулся и пребывает в легком культурном шоке от того, сколько в доме собралось непрошеных гостей. Впрочем, теперь в его комнате не было такого сквозняка как раньше — псы отлично выполняли функцию живой ширмы, только вот от них шуму получалось гораздо больше, чем от обыкновенной занавески.