“Уильям…” — я прошептала, не зная, что сказать. Я не могла просто молчать. Он так долго терпел. Я так долго его ранила. Я чувствовала, что должна извиниться, и, несмотря на весь этот момент, я понимала, что сейчас нужно было говорить.
— Прости, — мои слова сорвались с губ, и я невольно прижалась к нему. — Прости, что не послушала тебя. Прости, что отвергла, что не верила. Прости за всё. За все мои ошибки.
Он крепко сжал меня в своих руках, и его лицо немного помягчело, но в его глазах было что-то, что я не могла понять. Он молчал, не мог сказать ничего в ответ, но его поцелуй был мягким, таким нежным, как никогда раньше. Он прижал меня к себе, и весь мир снова остановился. Мы были только вдвоём.
Я почувствовала, как его губы на мгновение затрепетали, а потом он отстранился и посмотрел на меня. Его взгляд был тяжёлым, почти печальным. И что-то в его глазах заставило моё сердце сжаться. Он всё ещё держал меня, но в этом было что-то… чуждое.
— Эни, я… — его голос дрогнул, и он, казалось, сам не знал, как продолжить, словно каждое слово давалось ему с трудом, как будто он сам не хотел их произносить, но не мог молчать. В его глазах я видела нечто большее, чем просто усталость, это было что-то, что не поддавалось объяснению, что-то, что меня пугает. Он отвёл взгляд, и я почувствовала, как холодок проходит по коже — не из-за холода, а из-за того, что в его глазах мелькала неизвестность, что-то неуловимое и тревожное.
Я стояла, не двигаясь, сжав кулаки, пытаясь понять, что он пытается мне сказать, но слова никак не приходили. Его слова, несмотря на свою тихость, звучали как звуки из далекого сна, они были каким-то неправильным эхом, которое не укладывалось в мои мысли. Страх постепенно охватывал меня, и я чувствовала, как он растёт, как тень, ползущая из темного угла.
— Ты не хочешь меня? — вырвалось у меня с болью в голосе, и я даже не пыталась скрыть, как эта мысль ломала меня изнутри. У него на лице была такая отстранённость, такая пустота, как будто он уже сделал свой выбор, а я осталась за гранью того, что было для него важным. Этот страх заполнил меня полностью, но я всё ещё не могла поверить в это, как если бы сама реальность отказывалась мне верить.
Он отступил, его шаг был медленным, будто он хотел взять время, чтобы подумать, но я ощущала, что каждый его шаг всё дальше уводит его от меня, и это не просто страх — это боль, в которой я терялась, каждый момент приближая себя к пустоте. В его глазах я видела не просто разочарование — это был какой-то больной холод, который не обманешь. Он не хотел меня. Не хотел быть со мной, не знал, как продолжить. Он стал тем Уильямом, с которым я не могла быть, несмотря на всю ту бурю, которая бушевала внутри нас.
— Я не могу быть с тобой, Эни. — его слова были как холодный дождь, как ледяной удар по сердцу, который не оставил мне ни шанса. Эти слова не просто пронзили меня — они разорвали всё внутри, как будто каждый кусочек, который я хранила в себе, распался. — Я не могу снова принять тебя… не после всего, что было.
Я замерла. Его голос стал едва слышен, как если бы каждый его звук был пропитан чем-то горьким и тяжёлым. Я не знала, что мне ответить, потому что не могла найти слов, которые могли бы излечить то, что он сказал. Я чувствовала, как теряю его, как уходят все те моменты, что я хранила так бережно, как истекает из меня вся надежда. Я стояла перед ним, и в тот момент мир стал тусклым и пустым, будто всё, что между нами было, исчезло.
В его глазах не было злости или ненависти. Это была боль, но не та, что причиняла я. Это была его боль, его страх перед тем, чтобы снова быть раненым. И в этот момент я поняла, что мне не оставалось ничего, чтобы изменить это. Это было нечто большее, чем просто расставание. Это было прощание, которого я не хотела, но не могла остановить.
— Мы поговорим позже, — сказал он, и его голос стал ещё тише, но в нём не было теплоты, только отчуждённость, словно между нами уже стояла непреодолимая стена. — Я быстро переоденусь, подожди меня. Мы пойдём домой вместе.
Он развернулся и направился к раздевалке, и в этот момент я осталась одна, с пустотой внутри и тревогой, которая не отпускала. Его слова звенели в ушах, а я стояла, будто меня вырвали из потока времени, и теперь я не знала, что делать, как реагировать. Он ушёл, и я осталась, ощущая, как он уходит от меня не только физически, но и эмоционально, оставляя меня с этим болезненным осознанием, что я, возможно, потеряла его навсегда.