— Я? Какая у меня маска? — Я посмотрела ему в глаза с неподдельным удивлением.
Он посмотрел на меня, прищурив глаза, словно пытался разгадать:
— Ты притворяешься, что тебе всё равно. Но это не так.
Его слова заставили меня задуматься…
Я не нашла в себе сил и уверенности с ним спорить. Все оставшиеся время работы за проектом он довольно странно улыбаясь. Временами, чувствовала, меня прожигали взглядом насквозь. Но посмотреть ему в глаза не получилось, было страшно и неловко… Мы сделали ровно половину проекта, мне хотелось дольше ощущать его рядом. Я про этот дорогой запах дыма. Он особо не участвовал в работе над проектом, лишь иногда указывал на мои ошибки. Мы провозились вместе часа два, после чего он сказал, что ему пора. И он ушел домой. Так странно, я делаю проект с самым желанным парнем для каждой девочки со всей школы. Мне хотелось дружить с Уильямом, я была уверена что за этой ледяной стеной скрывается теплый, любящий человек, который способен открыться. А может это только так казалось?
Ко всем своим “носкам” он относится странно. Целует на виду у всех с такой жадностью. Они висят у него на шее весь день. Напоминаю, что каждый день – новая девица. Когда он смотрит на них в его взгляде пустота, а когда они на него смотрят – они видят в нем что-то особенное и счастливое будущее. Но, он может им дать только двадцать четыре часа. “Интересно, а у него были серьезные отношения?” – новая мысль, которая озадачила меня.
Но, он не смотрел на меня как них, я даже и не знаю, хорошо это или плохо. В его взгляде иногда проглядывался страх. Страх ошибиться? Возможно. Но его тело показывало то, что он уверен на все сто процентов. Он смотрел на меня знакомым взглядом, где-то я уже видела это… “Может, у него есть планы на меня?”, “Или этот взгляд показывает то, что планов у него на меня как раз таки и нет…?”
Следующий день. Работа над проектом продолжается.
На улице лил дождь, разбиваясь о стекла моего окна серебристыми каплями. Шум капель сливался с моими мыслями, которые, казалось, соревновались, кто из них громче. Я сидела за длинным деревянным столом школьной библиотеки, окружённая стеллажами книг, пахнущими пылью и временем. Напротив меня сидел Уильям, его взгляд холодно блуждал по странице учебника, а его привычная отстраненность заполняла пространство между нами.
Я пыталась сосредоточиться на проекте, но каждое слово в моей тетради казалось ненужным, неправильным. Даже мои мысли замерли под тяжестью его присутствия. Неожиданно он поднял голову и, скрестив руки на груди, посмотрел на меня.
— Ты, кажется, не понимаешь, о чём пишешь, – сказал он холодно.
Его голос, низкий и ровный, пронзил меня, как тонкий ледяной ветер.
— Извини, но я думала, что мы работаем вместе, а не соревнуемся, кто умнее, – ответила я, чувствуя, как обида начинает разгораться внутри меня.
Он откинулся на спинку стула, едва заметно улыбнувшись уголками губ, и закрыл тетрадь.
— Если хочешь сделать это на тройку, продолжай в том же духе.
— И почему не отказался от меня в совместной проектной деятельности раз я тебе так не нравлюсь?
— Еще как нравишься, думай и работай лучше.
Его слова звучали как приговор. Я замерла, сжимая ручку так сильно, что она чуть не сломалась. Злость закипела где-то внутри, но я заставила себя промолчать. Вместо ответа я отвернулась, уткнувшись в свои записи, стараясь игнорировать его колючий взгляд.
Вечером, вернувшись домой, я почувствовала себя опустошенной. Эти холодные слова Уильяма не только задели меня, но и оставили след, который я никак не могла стереть из своей головы.
В моей комнате стояла привычная тишина, нарушаемая только стуком капель по стеклу. Я легла на кровать, чувствуя, как усталость окутывает меня, но мысли всё ещё не отпускали.
Я потянулась за телефоном. Открыла мессенджер и нашла ту самую переписку с незнакомцем.
— Сегодня был ужасный день, – написала я, не надеясь на скорый ответ.
Экран засветился почти мгновенно.
— Что случилось, Пупс.
Эти слова, хоть и вызвали лёгкую улыбку, снова заставили закатить глаза.
— Партнер по школьному проекту решил, что у него есть право критиковать каждое моё слово. Он считает, что знает всё лучше, – набрала я, разрываясь между обидой и раздражением.
Ответ не заставил себя ждать.
— Критиковать легко. А вот помочь сложнее. Ты справишься, не переживай. Ты же сильная.
Я почувствовала, как его слова наполнили меня теплом. Это было неожиданно.
— Спасибо. А ты всегда так поддерживаешь людей?
— Только тех, кто этого заслуживает.
Эти несколько строчек, казалось, склеили трещины, которые оставил после себя Уильям.